В моем разуме никогда не было такого хаотичного нагромождения вопросов без ответов, и моя решимость начинает трещать по швам.

— Твой король не будет здесь в безопасности. — Это самое близкое к предупреждению, на что я могу решиться, но он не понимает, и, может быть, это к лучшему.

— Король уже знает о Ватруках, — отвечает он.

Я вопросительно поднимаю взгляд.

— Это значит…

— Он вернулся в А'кори, — он улыбается моему удивленному лицу и касается губами моего лба, бормоча в кожу: — Хочешь встретиться с ним?

У меня внутри всё обрывается, вся моя жизнь разделяется на два отчетливых пути. Один — спланированный с детства, сформированный другими и навязанный мне, и другой — новый и неизведанный, о котором я не помышляла до сих пор.

Я качаю головой:

— Не сейчас.

Я не готова выбирать, не готова отпустить мужчину, который держит меня так, словно я какая-то драгоценность. Потому что любой путь, который я выберу, начинается с раскрытия себя, и мужчина, обнимающий меня, увидит меня именно такой, какая я есть.

— Хорошо. Он будет на маскараде. Сможешь встретиться с ним тогда, — он оставляет поцелуй на моем виске. — Мне нужно помочь Ришу организовать охрану. Может, хочешь навестить Медиа?

Идея навестить женщину кажется мне странной, пока генерал не ведет меня на кухню, и я впервые оцениваю маршрут как военный стратег.

Это маловероятное место для поиска кого-либо в случае набега на дворец, а коридоры, ведущие на кухню, напоминают лабиринт. Стражники выстроились в узких, удобных для обороны коридорах, и, словно всего этого было недостаточно, генерал оставляет меня на попечение фейн по имени Файдра.

Ярко-рыжие кудряшки Файдры — настоящий маяк по сравнению с темно-каштановыми локонами Сисери. У нее сияющие глаза похожего зеленого оттенка, медовая кожа и необычайно милое веснушчатое лицо. Эта женщина — не солдат, это очевидно по коричневому платью, которое она носит, и по ее легкомысленному поведению. Я невольно задаюсь вопросом, указывает ли цвет ее волос на дар этой женщины, пока наблюдаю, как она шутит с Серой на другом конце комнаты.

— Вернулась за еще одним уроком истории? — тепло хихикает Медиа, когда видит, что я вошла в комнату.

Она стучит тростью по ножке пустого стула. Я улыбаюсь женщине, подтягиваю стул к огню и сажусь рядом с ней.

— Я так и не поблагодарила вас за всё, чем вы поделились со мной, когда я приходила в прошлый раз, — говорю я.

Ее брови ползут вверх, а уголок губ приподнимается.

— Всё еще не поблагодарила.

Я ухмыляюсь и благодарю женщину, ценя ее юмор так же высоко, как и ее прямоту.

— По правде говоря, — вздыхает она, откидываясь на спинку стула, — я не ожидала увидеть тебя снова так скоро. Ты не выглядела особо убежденной моим рассказом.

— С тех пор я многое повидала, — признаюсь я.

Ее плечи подрагивают от смешка.

— Забавно, какие вещи могут изменить нас за такое короткое время.

Она понятия не имеет. А может, и имеет. В любом случае, она кажется удовлетворенной, когда я соглашаюсь с этим мнением.

— Что еще вы знаете о Ватруках? — спрашиваю я.

— Только то, что написано в книгах по истории. Их было восемь; один родился вскоре после Раскола, один погиб на войне, и один оставил их дело.

— Девять, — поправляет старуху Файдра с набитым хлебом ртом, поднимая девять пальцев в воздух. — После Раскола их было девять. Потом родился ребенок, — она добавляет палец. — Потом Мьюри была убита в первой войне, она была самой могущественной, — говорит она, адресуя последнее утверждение мне и снова опуская палец, — так что в завесе осталось девять Ватруков.

Медиа фыркает на девушку, подзывая её жестом, и извиняющимся взглядом смотрит на меня.

— Прошли годы с тех пор, как меня просили вспомнить подобные вещи, — говорит Медиа, — и какой бы вздорной ни была эта особа, я доверяю её памяти в этом вопросе.

— И вам следует, — гордо говорит Файдра. — Мой профессор как раз проходил Ватруков на моих занятиях. Мне пришлось написать о них десять страниц.

— Сколько тебе лет? — вопрос срывается с моих губ прежде, чем я успеваю его сдержать.

— Шестнадцать. А тебе сколько? — спрашивает она совершенно беспечно.

— Двадцать четыре, — отвечаю я.

Ее глаза округляются.

— А ты не слишком молода?

— Я старше тебя, — говорю я, не в силах подавить раздражение в голосе, не догадываясь, что она может иметь в виду.

— В смысле, не слишком ли ты молода для генерала? — она ухмыляется.

Мои щеки вспыхивают, а она играет бровями, глядя на меня.

— Файдра, оставь девочку в покое, — вздыхает Медиа. — Ты скоро узнаешь, что есть вещи, предначертанные судьбами, над которыми мы не властны. — Она натягивает легкое одеяло на ноги и откашливается. — Впрочем, расскажи нам, что ты узнала о Ватруках.

Глава 30

БРАКС

Раскол