Я нахмурилась, чувствуя лёгкое раздражение. Я могла жаловаться на маму, ведь она моя. Но слушать, как другие её обсуждают, мне не нравилось. Может, эта поездка всё-таки была плохой идеей.

— Это твои родители так сказали?

Глаза Нулы расширились.

— О, нет! Ну… то есть да. Папа сказал, что она вагон, но с любовью! Он не хотел ничего плохого. Он просто считает, что она упрямая. Он всё ещё хорошо к ней относится, несмотря на ту большую ссору.

— Понятно, — ответила я, немного смягчившись. — А он тебе когда-нибудь рассказывал, из-за чего они тогда поссорились?

— Нет, а твоя мама тебе говорила?

Я покачала головой.

Нула вздохнула.

— Похоже, это какой-то сверхсекретный семейный заговор. В любом случае, давай не позволим родительским драмам мешать нашей дружбе.

Она взяла меня под руку, и мы вышли в зону ожидания машин. Нула уверенно повела меня к сверкающему чёрному Range Rover, и у меня чуть глаза не вылезли из орбит. Я знала, что дядя богат, но видеть это воочию совсем другое дело. Интересно, каким будет их дом? Я выросла в небольшом двухкомнатном таунхаусе, так что была уверена — у дяди всё куда роскошнее.

Водитель, Стивен, оказался мужчиной средних лет с рыжими волосами и крепким телосложением. Он взял у Нулы мой чемодан и вежливо кивнул.

— Шарлотта, верно?

— Ага, но можно просто Чарли.

— Я Стивен. Приятно познакомиться, — сказал он, пожимая мне руку. — Добро пожаловать в Дублин. Надеюсь, перелёт прошёл хорошо.

Я сдержала гримасу. — Был… терпимым.

Стивен усмехнулся.

— Ну, будем надеяться, что остальное лето будет лучше, чем «терпимо».

Мы с Нулой устроились на заднем сиденье, а Стивен вернулся за руль. Я пристегнулась, и машина тронулась. Почти сразу заметила, что движение здесь идёт по другой стороне дороги, к этому явно нужно будет привыкнуть.

Поначалу за окнами тянулось скучное шоссе, но когда мы добрались до приморского городка Малахайд, где жила семья Нулы, я поняла, почему все так хвалили Ирландию.

Мы ехали вдоль побережья, небо медленно темнело, а я смотрела на мерцающую воду и песчаный берег. Уже не терпелось прогуляться по пляжу. Дома вдоль улиц были совершенно не похожи на наши — аккуратные коттеджи, маленькие магазинчики, всё словно из открытки. Я представила, как гуляю там вечерами, смеюсь с Нулой и, возможно, флиртую с каким-нибудь симпатичным ирландцем.

В животе защекотало от восторга.

Когда мы свернули на улицу Нулы, я заметила, что здесь все дома огромные, но при этом каждый по-своему уникален. Старинный особняки сменяли суперсовременные коттеджи.

Дом дяди относился ко второму типу: двухэтажный, с длинной подъездной дорожкой, высокими стенами вокруг участка, коваными воротами и огромными окнами от пола до потолка. Перед домом стояли ещё один внедорожник и спортивная машина поменьше.

— Папа, наверное, всё ещё на работе, — сказала Нула. — А вот мама должна быть дома. И мои братья где-то тут шатаются. Ты обалдеешь, когда увидишь, как они изменились. Дерек теперь даже выше папы.

Я кивнула, взяла рюкзак и вышла из машины следом за ней. Хотела было потянуться за чемоданом, но Стивен отмахнулся, мол, сам занесёт. Нула схватила меня за руку и потащила в дом.

Входная дверь была огромная, с узкими стеклянными окнами по бокам. Мы вошли в просторный, элегантный холл, и я застыла, разглядывая всё вокруг. Я знала, что Балфы богаты, но не ожидала такого — будто попала на страницы журнала дизайна интерьера.

— Пойдём, — сказала Нула. — Покажу тебе дом.

Она провела меня в большую гостиную, полную семейных фотографий и уютных, мягких диванов. Один снимок привлёк моё внимание, на нём Нула и её братья. И правда, они очень изменились. Уже не мальчишки, а почти взрослые мужчины.

Потом мы прошли на просторную кухню, современную, с огромным островом посередине и дверью, ведущей, кажется, в кладовку. Но прежде, чем Нула успела продолжить экскурсию, из кладовки вышла женщина с мелированными волосами и в светлых брюках цвета слоновой кости, поверх которых была надета шелковая блузка с цветочным рисунком. Моя тётя Джозефин.

— Шарлотта! Как же ты выросла. Я не могла поверить, когда Нула показала мне твою фотографию. В жизни ты ещё красивее!

Я понимала, что она немного преувеличивает, но возражать не стала, только вежливо ответила:

— Спасибо большое. И зовите меня просто Чарли.

— Конечно. Мы так рады, что ты проведёшь лето с нами. Нула с тех пор, как узнала, что ты приедешь, просто не находит себе места.

— Эй! Мам, не выдавай, какая я не крутая, — возмутилась Нула, а Джозефин рассмеялась.

— Спасибо, что пригласили, тётя Джозефин. Это моя первая поездка за границу, так что я тоже немного… взбудоражена, — улыбнулась я.

— Нам в радость, милая. И если я зову тебя Чарли, тогда ты должна звать меня Джо. Мы ведь семья. Пойдём, покажу твою комнату.