Зная о том, что с западной оконечности острова ожидается прибытие корабля, и сколько лесорубов находится в лесу, мы разработали план. Как говорится, «кто нам мешает, тот нам и поможет».

У лекаря были большие запасы сонного зелья. Я подозревала, что именно им он поил несчастную герцогиню, прежнюю меня. И теперь это зелье с помощью всё тех же деревенских должно было попасть в воду и пищу лесорубов-разбойников, которые к тому же промышляли охотой в этих лесах, ведь им нужно было чем-то питаться, и питались сами там же, где и рубили лес.

И вот настало утро следующего дня. Почти вся охрана, за исключением моих личных телохранителей, выехала из замка. Дункан и Шелтон попытались обидеться, что я их не отпустила, но капитан сразу сказал, что без её светлости всё, что они делают, не будет иметь смысла, поэтому им достаётся самая важная обязанность — охрана герцогини. После этого у них вопросов больше не возникало.

А я в этот день не могла ничего особенного делать, поэтому решила провести его с детьми.

С утра я посетила несколько уроков, которые проводились для Томаса, потом при помощи слуг мы вынесли мальчика на улицу и гуляли вместе с Мэри. Мэри подходила и стучала кулачком Томасу по гипсу на ноге.

— Тук-тук! Тук-тук! — смеялась она.

— Кто там? — спрашивал Томас.

Мне всё это напомнило мультфильм про «Простоквашино», и я рассказала детям сказку, постаравшись переиначить её на местный манер: про самостоятельного мальчика, который ушёл из дома от родителей, всё время занятых работой, про то, как у него появились друзья, кот с собакой, и маленькая птичка...

Когда нас позвали обедать, дети всё ещё с открытыми ртами слушали, и мне с большим трудом удалось уговорить обоих прерваться.

Я подумала, что сказки, это очень мощный инструмент, который может помочь воспитать не только лорда, но и настоящего человека.

Глядя, как слуги уносят Томаса обратно в покои, я подумала: почему бы не сделать ему костыли?

Ещё несколько недель он будет вынужден передвигаться в гипсе. Так пусть хотя бы тренирует плечи и здоровую ногу — это будет гораздо полезнее, чем полулежать в кресле.

Я взяла перо, чернила и бумагу и нарисовала костыль. С первого раза не получилось, всё-таки навык письма гусиным пером был у меня ещё недостаточно развит. Но со второй попытки вышло лучше.

Я попросила Сэма отвезти меня в плотницкую. Она находилась здесь же, на территории замка, потому что в замке постоянно что-то требовало ремонта.

Плотник очень сильно удивился моему приходу, так, что даже забыл поздороваться и назвать своё имя. А когда я протянула ему лист бумаги с нарисованным на нём костылём, он оказался весьма профессионален, потому что сразу понял, что я от него хочу.

Я обозначила, какой высоты должен быть костыль, я прикинула рост Томаса, продемонстрировав на себе, но потник выдал мне длинную палку и на ней я поставила зарубку.

Объяснила, что это для милорда, что дерево должно быть хорошо отполировано, чтобы не было заноз, и что в определённых местах у костылей должны быть мягкие прокладки, чтобы не натирали подмышки и руки.

— Сколько времени тебе нужно, чтобы сделать это? — спросила я.

— Я постараюсь начать прямо сейчас, ваша светлость, — сказал плотник, и немного подумав, добавил, — завтра к вечеру подсохнет лак, и можно будет их забирать.

— Ты уверен, что у тебя получится сделать с первого раза?

— Ну, конструкция очень интересная, но не сложная, — ответил плотник.

— Хорошо. —Я решила не противоречить ему. — Раз человек сам говорит, что будет готово, значит, я приду завтра.

— Не нужно, ваша светлость, я сам принесу в замок.

— Принеси к ужину. Молодой лорд как раз присоединится к нам, и у него будет возможность примерить твою работу.

Так, в приятных хлопотах, прошёл день и наступила ночь. Но наша маленькая армия во главе с капитаном Крисбитом так и не вернулась.

Глава 26

За ужином возникла некая нервозность, но удивительным образом преподобный Альфред её снял. Он рассказал о том, что поддерживает мою идею привлечения наставника, который не просто академически грамотен, а прошёл армию, возможно, даже воевал.

Глаза Томаса загорелись.

— Преподобный, вы говорите о наставнике для меня? — спросил он.

— Да, — подтвердил Альфред. — Мы говорили с её светлостью. И это была идея её светлости, чтобы твой наставник был тем, кто сможет передать тебе знания не только о том, как вести себя в обществе, а о том, как побеждать.

Я подумала: хитрый всё-таки этот преподобный. Я бы не смогла так сформулировать. «Как побеждать» — это сильно.

После ужина, когда Томас уже отправился к себе, я спросила преподобного:

— А как вы предполагаете объяснить это моему супругу, который дал индульгенцию сэру Эвертону? Тот может быть уволен только по личному распоряжению самого герцога.