– Покажи, что ты готовишь для господина управляющего, – резко сказала я, и отодвигая мальчишку вместе с подносом в сторону, сделала шаг вперёд, и охранники, вот надо будет им премию выдать, синхронно шагнули следом.

Кухарке, которую таким образом отгородили от управляющего, ничего не оставалось, как продемонстрировать, стоявшие на столе, выложенные и готовые к подаче, явно в хозяйском сервизе, деликатесы.

На большом блюде лежал целиком запеченный гусь, я, конечно, не очень разбиралась, но было похоже, на тарелках поменьше был разложен сыр, судя по ноздреватой структуре, рядом на деревянном подносе лежали лепёшки, в большой тарелке куски какого-то мяса, обложенного овощами, рядом стоял большой соусник, в глубоких тарелочках что-то типа паштета, и что-то ещё вяленое.

«Круто девки пляшут,» – подумала я.

А вслух спросила:

– И всё?

Кухарка не расслышала сарказма, и продемонстрировала пироги.

А я вспомнила, что Несса говорила, что готовит кухарка из рук вон плохо, как свиньям, ну и судя по похлёбке, так оно и было, просто, видимо, нас держали за свиней.

Я взглянула на парнишку, который прислонился к стене и уже с трудом удерживал тяжелый поднос.

– Выгружай на стол, – сказала я.

– А ты, Рибелла, освободи место на столе, сейчас господин управляющий обедать будет.

– А это куда? – искренне удивилась кухарка.

– Как куда? В гостиную, – так же искренне ответила я.

Подозвала парнишку и сказала:

– Проследи, чтобы никто руки в еду не окунал.

Мальчик с готовностью кивнул.

Я повернулась к управляющему и сказала:

– Присаживайтесь, господин Бальд.

– Я не понимаю, ваша светлость, – сделал шаг назад, и явно не собираясь есть бурду, который кормил меня и мою дочь, этот гад.

– Что же непонятного, садитесь и ешьте, – повторила я.

Повернулась к охранникам:

– Господа, будьте добры, помогите господину управляющему сесть за стол.

Я, конечно, рисковала, но то ли господин управляющий успел насолить не только мне, но и охране, охранники с каким-то даже мне непонятным рвением, усадили его за стол.

Рибелла, уже осознав, что, что-то пошло не по плану, подала ему ложку.

Надо отдать должное, господин управляющий морщился, но ел. Всё же против вооружённой охраны сложно возражать.

Я повернулась к охранникам и вдруг меня осенило.

– Рибелла, покажи мне что приготовила для охраны?

И судя по тому, как изменилось её лицо, как затряслись толстые щёки, там тоже было не так, как у управляющего.

Я всё-таки подошла к котлу, в котором был жидкий бульон, с небольшим количеством мяса и овощей.

Обернулась на стол, где среди пищи лежал большой кусок сырого мяса.

– Значит так, – сказала я управляющему, – проверить, расходы кухни на еду для охраны, еду для меня и моих приближённых, и с этого дня я и моя дочь, а завтра к нам присоединиться сын Его светлости, принимаем пищу в гостиной.

(К сожалению, я пока не знала в какой и поэтому использовала общий термин.)

– Я лично проверю вечером, что подадут охране, и вы, господин Бальд, приходите к началу каждой трапезы в гостиную и лично контролируете, что подано.

И я уже собралась выходить, взбешённая я забыла про грязь, вспомнила об этом в последний момент.

Обернувшись, я увидела странные переглядывания между кухаркой и упраляющим.

– Вычистить здесь всё, к ужину всё должно блестеть.

– Да, как же ваша светлость, если мы будем мыть-то, кто же будет готовить?

– А кто готовил для господина управляющего? – спросила я.

И по тому, как кухарка замялась, я вдруг поняла, что это не она.

И вдруг у меня из-за спины раздался мальчишеский голос:

– Это мамка моя готовила.

Я обернулась, там стоял тот парнишка, который держал поднос, а встрепенулась невысокая плотная женщина, тихо стоявшая за спиной Рибеллы. Волосы у неё были аккуратно убраны под платок, платье простое, серое, сверху широкий передник.

– Врёт, огрызок, – взвизгнула кухарка, – я это всё готовлю.

– Ну, значит, если остальные будут мыть кухню, то ничто не помешает тебе сготовить, – сказала я.

И вдруг увидела на лице Рибеллы странное облегчение, и подумала: «Ну уж нет, этого удовольствия я тебе не доставлю.»

– Как тебя зовут? – обратилась я матери мальчика.

– Хельга, – приятным голосом ответила женщина.

– – Собирайся Хельга, пойдёшь со мной, а вместо тебя сегодня здесь будет работать Берта, – и я улыбнулась так, чтобы стало понятно, что зубов у меня еще много, и я умею кусаться.

Выходила я под аккомпанемент скрежета зубов, вот только не знаю чьих, управляющего или кухарки.

Уже на выходе обернулась и громко сказала:

– Господин Бальд, напомните мне на каком этаже кабинет моего супруга, – и я подняла руку с кольцом, поправляя причёску.

Я была уверена, что кабинет здесь точно должен был быть.

Управляющий сглотнул, но ответил: