— Ну ты же сама сказала, представлять Дио или Лео. Вот тут и особо прикладывать усилий не придется. — Шутливо отвечаю, не в силах отвести взгляда от парня. Что-то в его глазах и поведении мне кажется знакомым, а что и сама не пойму. Но он яркий, в нем будто само воплощение лидера. То, как незнакомец ведет себя, как рукой взмахивает, как жестом поклон изображает, как какой-то девушке цветок протягивает. Он явно знает, как себя подать , чтобы все в округе от него были в восторге.

— Тогда расталкивай народ, — предлагает Анохина.

— Думаешь, получиться?

— Ну кто не пробует... Тот не знает.

И я пробую, но чем больше пытаюсь, тем сильнее разочаровываюсь в этих попытках. Мы приблизились немного и теперь даже можем слышать голоса — его голос. Он тоже мне напоминает кого-то, но я не вникаю в это. Плевать.

— Эй, пройди, — рычит какая-то девчонка, толкнув меня в плечо.

— Ты! — шипит Сонька, пока я смотрю на императора, как последняя идиотка. Вокруг него уже целый гарем. И девушки, главное, вообще не стесняются. Кто-то вон поправляет ему воротник, кто-то просит селфи, кто-то просто визжит: «Какой ты красавчик!». Мне бы их смелость. Я же и не представляю, с какой фразы начать разговор. Не просить же его сразу в кровать лечь и раздеться. Господи… это даже в моей голове звучит убого.

А он… он так отлично в роль вошел, что я почти верю: его прямо из дворца телепортировали на наш дурацкий студенческий маскарад.

Когда очередная фея пытается всучить ему телефон, чтобы сделать памятное фото, он мягко, но непреклонно отводит её руку, делает идеальный придворный поклон и произносит низким, чуть хрипловатым голосом:

— Прошу прощения, прекрасная госпожа, но император не снимается с простыми смертными. Только со своей императрицей.

И улыбается. Так, что у меня и ещё у половины зала подкашиваются колени. Что за чары такие-то?

— Алис, — шепчет Сонька. — Может, с бананом лучше?

— Ну спасибо, — бурчу обиженно я.

— Времени в очереди гарема ждать нет, как бы…

Я в целом с ней согласна. К этому парню не подступиться. Я не представляю, как мне нужно выглядеть, чтобы он резко всех послал и выбрал меня. И давай мысленно сканировать зал в поисках кого-то попроще. Вон вроде пират с повязкой ничего. Или тот в костюме миньона. Всяко лучше банана.

— Иди к пирату или Джеку Потрошителю, — предлагает Сонька. А у меня внутри все едва не рушится от того, что с кем-то из этих парней придется просто целоваться, не говоря о большем.

И такая грусть навевает, обида, что я едва не плачу. Почему кому-то император, а кому-то миньон? Что за несправедливость такая? Я же… я не ничего плохого не делала, чтобы хотя бы здесь лишиться выбора.

И тут, как в самом дешёвом сериале, иначе и назвать сложно, в проходе мелькает знакомая светлая шевелюра. Лиза. И не одна она! С Олей.

— Черт… — лепечу я, от волнения сжав руки.

Сердце ухает в пятки, я бегло оглядываю зал, куда бы сбежать, где бы срочно спрятаться. Да, на мне маска и платье, но эти две фурии могут что угодно сделать. Музыку вырубить. В микрофон там объявить.

— Сонь, — дергаю я за руку подругу. — Там… Мачеха. Что делать?

— Где?

— Да вон же! — тело бьет словно озноб, до того нервничаю.

— Смотри, — Сонька показывает пальцем на коридор, заставив меня перевести взгляд. — Там я заметила, что тоже какие-то аудитории в комнаты превратили. Тебе надо туда. И его прихвати, — кивает она на императора.

— Но… как? Мы уже пытались, ничего же не вышло. — Отчайнно шепчу я.

— До этого мы просто пытались, а сейчас...

— А сейчас что будет?

— Силой будем брать, Алис, силой. — Уверенно заявляет Анохина. — А там на месте уже сориентируешься! Давай, я расталкиваю, ты проходишь. Насчет три?

Зажмуриваюсь. Не верю ни в план, ни в успех своей задумки, но отступить уже не могу. Открываю глаза, киваю, и Анохина начинает отсчет. Три. Два. Один. И Сонька с силой толкается, а я в этот момент буквально прорываюсь сквозь лавину снега в виде людей. Наступаю кому-то на ноги, чуть не сношу чучело с гномом. Кто-то шипит на меня, недовольный таким раскладом, кто-то матерится, но мне уже нет до этого дела. И, о чудо! Я выныриваю прямо перед императором.

Задерживаю дыхание. Ищу в голове фразы для начала разговора. Он тоже сразу замечает меня и прерывает беседу с очередной поклонницей. Взгляд его такой пронзительный, обжигающий, словно прикосновения рук, направлен прямо на меня. И в глазах — что-то до дрожи знакомое, что-то такое, я толком сама понять не могу.

Хотя, наверное, это уже паранойя. Мы оба в масках. Мы — незнакомцы.

Не медля больше ни минуты, я хватаю его за руку — тёплую, крепкую, с длинными пальцами — и тяну за собой. А он почему-то и не сопротивляется. Только чуть наклоняет голову и спрашивает тем же бархатным голосом:

— Куда ты меня ведешь?

Я торможу на секунду, поворачиваюсь к нему и выдаю первое, что приходит на ум.

— Императору полагается быть рядом с императрицей.