– Я хотела бы знать, был ли таким же уверенным в себе, как этот нахальный граф Конти? – тихо спросила Хелен Федерико. – Что-то подсказывает мне, что вы стали бы лучшими друзьями, живи вы в одно время… Бедная Офелия! – Она перевела взгляд на свою прародительницу. – Если твой супруг и правда был «истинным итальянцем», как этот флорентиец, то мне жаль тебя… Но, должно быть, ваша жизнь не была скучной. Она была наполнена страстью и чувствами… Но все это мне ненужно… Все это претит мне… – Хелен сглотнула и прошептала: – Только бы отец и мать оставили меня в покое!

– Хелен! Вот ты где! – вдруг послышался в галерее громкий голос отца. – Мистер Конти и я только что имели интересную, но короткую беседу.

– О? – недовольно переспросила Хелен.

– Он сказал, что пришел взглянуть на Федерико. Как жаль, что его ждут срочные дела! Я с удовольствием рассказал бы ему историю нашего предка… Что ж! В другой раз! – говорил мистер Валент, быстро приближаясь к дочери. Остановившись у портрета, он с любовью взглянул на Офелию. – Что сказал мистер Конти о нашей прекрасной прародительнице?

– Он… нашел ее весьма миловидной, – слегка помедлив, солгала Хелен. Он знала, как трепетно ее отец относился к Офелии, и не желала оскорбить его чувства. – Но что мистер Маршал? – поспешно спросила она, чтобы перевести беседу в другое русло.

– Я выпроводил его. – Увидев, что дочь удивленно приподняла бровь, он добавил: – Вежливо. Я сказал ему, что, если он желает жениться на Луизе, ему необходимо будет ждать ее лондонского дебюта в этом июне.

– Отец… – Хелен устало вздохнула. – Вы все еще надеетесь, что я выйду замуж? Да еще и так скоро?

– Конечно, моя дорогая. Лишь назови другое имя, – улыбнулся мистер Валент.

Глава 31

Глава 31

К счастью, второе имя, названное Хелен, – молодой мистер Карди, оказался вне досягаемости: он уехал в Лондон сразу же после бала своей матери, прихватив с собой своих холостых друзей (чему местные незамужние девушки и их матери очень расстроились). «Что ж, я напишу ему и осторожно полюбопытствую, когда он собирается вновь навестить свою мать,» – сказал мистер Валент своим домочадцам за ужином. Луиза тотчас закатила глаза, понимая, что возможность выдать сестру замуж в самом скором времени откладывается, а миссис Валент была недовольна тем, что из всех джентльменов, которых Хелен могла бы выбрать себе в супруги, эта упрямица выбрала того, кто никогда на нее не посмотрит, как на женщину.

Мистер Карди всегда был вежлив с Хелен, но не испытывал к ней никакого романтического интереса – слишком необычной он считал ее, впрочем, как и все местные семьи. Но Хелен и сама это знала – она назвала имя мистера Карди нарочно, чтобы иметь возможность получить хоть месяц спокойствия, без того, чтобы ее принуждали вновь и вновь называть имена джентльменов, когда окажется, что все они не имеют интереса жениться на смуглой мисс Хелен Валент, но не прочь посвататься к прекрасной мисс Луизе. К негодованию Луизы ее мать открыто заявила всем местным семьям, что ее красавица-дочь вступит на брачный рынок лишь когда ее старшая дочь выйдет замуж. «Но, дорогая моя, не боитесь ли вы того, что из-за Хелен пострадает и Луиза?» – осторожно поинтересовалась леди Карди, оставшись наедине с миссис Валент, на балу, на что она получила твердое: «Время покажет. Мы даем за ней щедрое приданое. Жених для Хелен обязательно найдется.»

Прошла неделя. Две. Три. Письмо, отправленное мистером Валентом в Лондон, мистеру Карди, так и не было отвечено, и семейство Валент начало терять терпение и настаивать, чтобы «Хелен перестала мечтать о книжных героях и выбрала кого-нибудь приземленного.»

«Мистер Дарси женился на бедной мисс Элизабет Беннет лишь в книге. Тебя же, Хелен, ожидает судьба Шарлотты Лукас – священник или пастор. Перестань быть такой переборчивой – у тебя нет на это никакого права,» – однажды тихо сказала Луиза сестре, и Хелен с грустью поняла, что та была права. Разве она, Хелен, некрасивая старая дева, имела право считать себя достойной джентльмена из богатой дворянской семьи или даже достойной сына богатых джентри? Возможно, ей и правда было предначертано стать супругой пастора или священника? Возможно, мисс Остин права: старые девы, не обладающие чарующей внешностью, не должны мечтать о мистере Дарси. Но становиться супругой пастора Хелен не желала: слушать пространные проповеди, молитвы, а также усиленно поддерживать облик «верной жены-христианки, набожной и безгрешной» претили ей. Она не желала такой жизни, но, когда она твердо заявила об этом матери и отцу, те вздохнули с раздражением и упрекнули ее в излишней щепетильности. Но Хелен была непоколебима: мистер Карди. Молодой, вежливый, учтивый джентльмен, с которым она была знакома уже много лет. Если не он – то никто другой. «Я напишу ему еще раз. Но, если он не ответит и на это письмо, боюсь, тебе необходимо будет выбрать того, кто соблазнится, если не твоей внешностью, то твоим приданым,» – самым, что ни есть, строгим тоном ответил на это мистер Валент. Миссис Валент ограничилась тем, что просто-напросто перестала замечать Хелен – так зла она была на нее. Луиза сменила свою холодную тишину на поток насмешек.