Выйдя из библиотеки и закрыв за собой дверь, Хелен в изнеможении облокотилась на стену и прижала ладонь к груди. Перед ее глазами стояло мужественное, красивое лицо мистера Конти, а его чарующий низкий голос звучал в ее разуме снова и снова.

Опять и опять.

Не отпуская, не унимаясь.

«Что это со мной? Я схожу с ума? Он назвал меня самой красивой девушкой Англии… Что это значит? Был ли это сарказм? Или же он действительно находит меня красивой? Разве это возможно?» – искренне не понимая того, что происходило с ней, подумала Хелен. Но ее губы невольно улыбнулись, а глаза мечтательно сомкнулись.

***

Как и обещала Роуз, бывшая мисс Хайтхилл, нынешняя миссис Гудвилл, она нашла своего супруга и с гордостью представила его Хелен. И в этот раз Хелен поняла, что Роуз не имела намерения ни высмеять ее, старую деву, ни устыдить, ни причинить ей боль – эта девушка была рада поделиться с ней своей прекрасной новостью. Миссис Гудвилл всегда была приветлива с Хелен, даже несмотря на разницу в возрасте и репутацию мисс Валент как «местной неудачницы». Несмотря на то, что Роуз была близкой подругой Луизы, она не попала под ее злое влияние в ее ненависти к Хелен, так как с конца мая и до вчерашнего дня находилась в Лондоне. Она приехала навестить родителей и подруг, и была действительно рада видеть Хелен.

Роуз, уже давно знакомая с Хелен, не замечала ее смуглой кожи, но для ее супруга, лондонца из благородной богатой семьи, мисс Валент была диковинкой, однако, если в его взгляде было удивление и любопытство, Хелен не замечала этого, так как она с трудом заставляла свои мысли быть здесь и сейчас, а не там, в библиотеке, с мистером Рафаэле Конти.

Но Хелен была не единственной, кто очаровался итальянским гостем графини Вайнрид, – совершенно все гости этого вечера, а также сама хозяйка приема – леди Карди, попали под чары путешественника, философа, писателя и сына Флоренции, который не предпринимал для такого успеха своей персоны никаких усилий и просто оставался самим собой. Возможно, это долгая холодная английская зима, на фоне которой мистер Конти чувствовался глотком итальянского, сладкого вина, а может, это его естественный шарм, приятный акцент и умение рассказывать занятные истории его путешествий сделали его центром и душой сегодняшнего вечера и местного, провинциального дворянского общества. Да ведь он и сам был дворянином – он обладал титулом графа и владел большим поместьем с личным виноградником, и его полное имя звучало как песня – граф Рафаэле Конти ди Монте-Верде. Ко всему этому он был начитан, близко знаком с английской литературой, был лихим наездником, а также написал философский трактат, книгу о своих путешествиях по Франции (которая имела большой успех во флорентийском обществе), и нарочно приехал в Англию, чтобы написать новую книгу – об Англии, ее культуре и провинциальных дворянах (это заставило местных сэров и леди ужасно загордиться собой и искренне заинтересоваться творчеством графа Конти.) Но нет, это не сам мистер Конти похвастался собой и своими достижениями – графиня Вайнрид рассказала об этом каждому гостю и каждой гостье, ведь это она случайно встретила его в Лондоне и пригласила пожить в своем поместье так долго, как он только того пожелает. Как и следовало ожидать, на мистера Конти посыпались десятки приглашений посетить всех и каждого, однако тот с улыбкой вежливо отклонил абсолютно всем, сославшись на усердную работу над своей книгой с утра и до ужина, а ужин и оставшийся вечер, сказал мистер Конти, он посвящает лишь графине Вайнрид – большой ценительнице всего итальянского. К счастью, граф Конти был так очарователен и с такой любовью рассказывал о своей книге, что никто не обиделся на то, что у него не находилось время на них. Но в этот вечер мистер Конти танцевал со всеми дамами и побеседовал с каждым джентльменом, и все остались довольны друг другом. Даже Луиза, кажется, не сумела устоять перед обаянием этого итальянца, так как всю дорогу домой только о нем и говорила.

– Как жаль, что он не англичанин, иначе, я без усилий влюбила бы его в меня и подтолкнула бы к браку уже завтра, – печально вздохнула Луиза. – Каков джентльмен! Танцует, пишет книги, много читает… Но вряд ли он останется здесь, как когда-то наш итальянский предок.

– Кто знает? Возможно, он отдаст сердце одной из местных красавиц, и тогда, моя дорогая, он уж точно никуда не уедет, – улыбнулась миссис Валент.