Следом пришло сообщение с адресом его фирмы. Я облегчённо выдохнула, увидев, что она находится недалеко от отеля Balfe. Значит, я смогу ездить тем же автобусом, что и Шей. Но тут же вернулось беспокойство — завтра? Это же не оставляло мне времени отработать положенное уведомление для моих клиентов.

Я уже хотела позвонить Джонатану и объяснить ситуацию, но потом передумала. Технически я могла начать новую работу и при этом закончить старые — просто выполнять уборки по вечерам. Получалась почти восьмидесятичасовая неделя, но я справлюсь. На сон и еду останется немного времени, зато всего на пару недель.

И двойная оплата. Может, хватит денег, чтобы вывезти детей на выходные — им бы это точно пошло на пользу. Особенно после визита к маме — уверена, у всех останутся смешанные чувства и переживания. Немного радости им не помешает.

Внизу послышались голоса — я сразу узнала голос Юджина. Похоже, они с Шеем завтракали. Кухня была в задней части дома, так что, возможно, я могла бы незаметно выскользнуть через парадную дверь. Юджин, вроде бы, относился ко мне тепло, но мало ли — может, ему не понравится, что я осталась на ночь. Вдруг сочтёт это неуважением.

Меня ещё смущала мысль о том, что он мог бы заподозрить, что мы с его сыном были близки. Я всегда стеснялась таких вещей, и была уверена, что родители чувствуют себя неловко, когда узнают о сексуальной жизни своих детей. Так же, как детям неприятно слышать о сексуальной жизни родителей, независимо от их возраста. Я сжалась при воспоминании о тех временах, когда у мамы появлялся новый парень, и мне приходилось включать наушники на полную, чтобы не слышать, что творилось у неё в спальне.

Отрешившись от воспоминания, я быстро оделась во вчерашнюю одежду. Аккуратно сложила футболку и штаны Шея, затем пробежалась в ванную, чтобы пописать и прополоскать рот ополаскивателем. Этого хватило бы до того момента, как я смогу добраться домой и почистить зубы.

Вернувшись в комнату Шея, я схватила свои вещи и тихо спустилась вниз.

— Я просто не хочу, чтобы тебя снова ранили, — донёсся голос Юджина из кухни, и я замерла. — Мэгги кажется милой, но Эмер тоже была милой. Я помню, как ты был подавлен после того расставания. Ты только недавно снова стал самим собой.

Неудивительно, что сравнение с Эмер мне не понравилось, особенно после того, как она нарушила доверие Шея, изменив ему. Мне хотелось, чтобы его отец понял: я не такая, я никогда не сделаю ничего подобного с тем, с кем буду вместе, и уж точно не с Шеем. Я чувствовала к нему слишком много и не хотела причинять ему боль.

Было также очевидно, что Юджин понял, что я осталась на ночь, и это тоже давило на меня. Почему я позволила себе уснуть? Это была глупая ошибка, и теперь я оказалась в ужасно неловкой ситуации.

Наступила тишина, и я представила, что Шей что-то объясняет отцу с помощью языка жестов.

— Слушай, будь осторожен, ладно? Мне нравится, что ты проводишь с ней время, но я не хочу, чтобы ты сразу рвался в серьёзные отношения. Просто действуй спокойно.

Теперь, когда Юджин знал о моём пребывании здесь, было бы невежливо ускользать, поэтому я стала спускаться по лестнице немного громче, чтобы меня услышали. Я только добралась до коридора, когда появился Шей. Сквозь дверной проём я увидела его отца у стойки, с чашкой кофе в руке.

— Доброе утро, Мэгги, — поприветствовал он с обычной приятной улыбкой. В его глазах мелькнула лёгкая настороженность, которой раньше не было. Я не виню его за беспокойство. Шей — его сын, и он имел полное право заботиться о том, кого тот впускает в своё сердце.

Хотя это казалось странным, ведь до этого Юджин был очень приветлив и поддерживал нашу дружбу. Чёрт, я знала, что оставаться на ночь было плохой идеей. Теперь казалось, что я пытаюсь «втиснуться» в его дом, хотя это далеко не так.

— Доброе утро, Юджин, — ответила я вежливо. С языка чуть не сорвалось объяснение, что моё ночное пребывание не было запланировано, но, наверное, это только усугубило бы неловкость.

Я взглянула на Шея:

— Мне нужно успеть домой переодеться перед работой. Увидимся в автобусе?

Он достал телефон и написал: — Не хочешь остаться на завтрак?

— О, нет. Всё в порядке. Я потом что-нибудь возьму.

Его глаза мелькали между моими, явно замечая мою неловкость, и он кивнул, провожая меня к двери. Я только вышла на улицу, когда обернулась: — Твой отец теперь ненавидит меня. Не стоило говорить ему, что я осталась. Я могла бы просто тихо ускользнуть.

— Похоже, ты слышала часть разговора.

— Да, и мне так стыдно. Он думает, что я могу причинить тебе боль, как Эмер.

Глаза Шея вспыхнули, когда он подошёл ближе, провёл рукой по моей щеке, а потом написал: — Ты совсем не такая, и он тебя не ненавидит. Он просто волновался, всегда так было. И мне разрешено пускать к себе людей на ночь. Ему это не мешает, честно.