Вид тишины
Вид тишины
Серия Тихая Любовь
Книга первая
L.H. Cosway
Уважаемые читатели! Данный перевод предназначен исключительно в ознакомительных целях, в связи с ...
Уважаемые читатели! Данный перевод предназначен исключительно в ознакомительных целях, в связи с тем, что эта книга может быть защищена авторскими правами. Просим незамедлительно удалить файл после прочтения. Особенно напоминаем, что копирование и распространение без упоминания переводчика запрещено. Спасибо за понимание.
Переведено для канала
Перевод: Даша
Вычитка: Катрин К, Анна
Содержание
Содержание
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
Эпилог
Аннотация
Аннотация
Мэгги Лидон убирает дома и ездит каждый день на работу на автобусе. Её жизнь кажется самой обычной — пока она не замечает его, сидящего всего в двух рядах позади. Она не знает о нем ничего, даже имени. Единственное, что ей известно — он всегда смотрит на неё. И это становится самым волнующим моментом её недели.
Шей Риордан заметил её в тот самый первый день, когда сел в автобус. Она завораживает — красивая, будто существует в собственном мире, где никто её не видит. Никто, кроме него. Он хочет сесть рядом, заговорить... но это сложно, когда ты не можешь.
А потом, поздним вечером в пятницу, они оба снова оказываются в том же автобусе — неожиданное событие соединяет их миры, и с этого момента Мэгги оказывается в мире Шея, а Шей — в мире Мэгги.
Посвящение
Посвящение
Особая благодарность Jezka Brash, Cindy Warschauer, Amanda Montgomery, Angie Reed, Jeanine Alexander Howley, Becky Zaman, Kaylin Molnar, Amanda White, Milica и Soňa Š — за вашу поддержку и вдохновение на Patreon во время работы над этой историей <3
Мы сидим и говорим,
Мы сидим и говорим,
тихо, с долгими паузами,
и я ощущаю поток,
который не имеет языка,
текущий под тихим небом
твоих глаз.
— Уильям Карлос Уильямс, « Патерсон »
1
1
Мэгги
Наверное, каждый, кто когда-либо жил в большом городе, хотя бы раз видел, как кто-то идёт по улице, рыдая навзрыд.
Я видела их часто — этих несчастных незнакомцев — когда смотрела в окно автобуса, на котором ездила на работу. Всегда задавалась вопросом: что же с ними случилось, раз они плачут прямо посреди улицы, с горем и усталостью, написанными на лицах? Мне хотелось спросить, что пошло не так, потому что я им сочувствовала… но по-настоящему поняла их только тогда, когда сама шла по улице в слезах.
Мне нужно было успеть привести себя в порядок до того, как я дойду до автобусной остановки — иначе он может заметить.
Тот мужчина, которого я видела каждый день. О котором слишком часто думала.
Он был незнакомцем, я не знала о нём ничего, кроме одного: он всегда смотрел на меня. И я не хотела, чтобы он увидел, как я реву из-за того, что начальница довела меня до слёз. Но именно так всё и было.
Обычно я могла терпеть грубость миссис Рейнольдс, пропуская мимо ушей её язвительные слова, но сегодня было иначе. Сегодня они задели меня.
Я зарабатывала уборкой домов — работа не из худших, и большинство клиентов мне нравились. Но только не она. Миссис Рейнольдс, казалось, имела всё: успешного мужа, троих здоровых детей и огромный дом на Шрусбери-роуд — в одном из самых дорогих районов Дублина.
И всё же ей, видимо, было жизненно необходимо усложнять жизнь женщине, которая поддерживала её дом в идеальной чистоте.
Этой женщиной была я — Мэгги Лидон, тридцати одного года, живущая одна в крошечной квартире-студии и совершенно не подходящая для глянцевых страниц, где постоянно мелькало лицо Сары Рейнольдс.
Я была никем. Тихой, неприметной женщиной, которая просто старалась выжить и не жаловалась на жизнь. Но для миссис Рейнольдс это не имело значения.
Так было не всегда. В первые недели она вела себя сдержанно, даже вежливо. Потом маска спала, и начались мелкие уколы. Формально — ничего личного: всё «по работе». Но ни один из моих других клиентов никогда не жаловался так, как она, и я быстро поняла, что дело не во мне.
Кто бы не занимался уборкой её дома, миссис Рейнольдс находила к чему придраться. Наверное, потому что… ей это просто нравилось.
Она придумывала поводы для критики — вроде пыли, которой не существовало, или того, что кончики туалетной бумаги я складывала недостаточно остро. Её раздражало даже, если я вернула диван на место, сдвинув его на миллиметр не так.