— Я... ну, твоя мама... то есть, Шивон, — запинается она. Сжимает губы, делает глубокий вдох — грудь приподнимается от движения. Нет, я не смотрю на её грудь. Чёрт, Каллум. Соберись. — Мне нужно было купить продукты, и Шивон сказала, что ты будешь здесь, Подж.

Конечно, это устроила моя мать. Она знает, что мы с Подригом встречаемся каждую пятницу. Обычно в это время они с Ниам устраивают вечер кино.

Всю неделю я делал всё возможное, чтобы не столкнуться с Лео — когда отвожу или забираю дочь. И, надо признать, у меня отлично получалось. Кроме одного раза — когда я мельком увидел, как она, опустив голову, спешит по лестнице, и её короткие тёмные волосы качаются в такт шагам. В остальном я успешно притворялся, будто её вовсе нет.

Но, видимо, мама решила, что с меня хватит.

— Слушай, извини. Я не хотела мешать, — говорит Лео и поднимает ладони, будто пытается успокоить рычащего зверя. Стыд накрывает, когда я понимаю, что этим зверем являюсь я. Я сжимаюсь, поражённый собственным поведением, и чувствую, как сердце проваливается, когда уголки её розовых губ опускаются.

— Мне просто нужна поездка.

Подриг прыскает со смеху, как раз в тот момент, когда её щёки окрашиваются румянцем. До неё доходит смысл сказанного, и она торопливо поправляется:

— То есть... подвезти. Мне нужно, чтобы меня подвезли.

Но уже поздно. Наши взгляды встречаются, и нас мгновенно уносит в прошлое — к самому первому воспоминанию.

Глава девятая

Леона

Я уже, наверное, протоптала дыру в ковре от своего хождения туда-сюда, но не могу остановиться. Я пять раз звонила в такси, чтобы добраться до офиса PPS1 в Ньюбридже — никто не отвечает. На поезд точно не успею. Полагаться на общественный транспорт — то ещё испытание.

Я закусываю нижнюю губу и набираю номер в шестой раз, надеясь, что мне повезёт. Надо как-то попасть туда — эти встречи расписаны на месяцы вперёд, а я не смогу устроиться на работу и заплатить за жильё, пока мне не присвоят ирландский социальный номер.

Дверь общей кухни распахивается, и появляется Джуд — невысокий парень из Индии, переехавший сюда прошлой весной. Он всегда готовит карри с запасом, чтобы хватило поделиться. Самый дружелюбный из моих соседей и единственный, с кем я обменялась больше чем парой слов за неделю, что живу здесь. Есть ещё сёстры, которые проходят мимо, даже не глядя в мою сторону, и пожилой мужчина, что держится особняком. Но с началом семестра познакомиться ни с кем не получилось. Второй этаж сплошь состоит из одинаковых дверей, как в отеле, так что жильцов наверняка больше, чем я видела.

— Привет, Джуд, — улыбаюсь я, вешая трубку: звонок опять завис в аду ожидания под унылую мелодию.

— Рад тебя видеть, Леона, — говорит он, проходя дальше. За ним следует другой мужчина — помоложе и незнакомый. — Мы с Каллумом как раз думали заказать поесть. Ты с нами?

У незнакомца волнистые светлые волосы. Я пытаюсь ответить Джуду, но не могу заставить себя перевести взгляд. Он приковал меня к себе — этот Каллум, и мне кажется, я уже не смогу отвести глаза.

Знаете эти моменты, когда вдруг осознаёшь, что всё меняется? Не постепенно, а сразу — ясно, отчётливо, как будто кто-то включил внутренний прожектор. Я впервые почувствовала это на похоронах любимого дяди, потом на выпускном. Даже тогда, когда в колледже впервые переспала с Грантом Фостером. Мир как будто отдалился, показав всю мою жизнь целиком, а потом снова приблизился, оставив меня слишком осознанной и уязвимой.

Вот этот миг — один из таких. Взгляд зелёных глаз поднимает моё сердце, как воздушный шар, и я понимаю: с того момента, как Каллум появился в поле зрения, уже ничего не будет по-прежнему. Особенно я сама.

— Приятно познакомиться, — говорит Каллум. Его голос — как растаявший мёд, тягучий и певчий. Он протягивает руку. — Леона, верно?

Я так увлеклась его лицом, что на секунду забываю, как себя вести. Его рука остаётся в воздухе, а бровь чуть приподнята — немой вопрос.

— О, э-э, да. Леона. — Я вытираю ладонь о джинсы, прежде чем пожать его руку. — Леона Грейнджер. Очень приятно. Я только что переехала.

— Из Америки, да?

— Да! Из Теннесси. — Я удивлённо поднимаю брови. — Откуда вы знаете?

Он отпускает мою руку, и я прижимаю запястье к животу, дрожа от нервной энергии. Он делает круговое движение рукой возле губ и отвечает:

— По акценту.

Браво, Леона. Просто гений. Он теперь точно думает, что я идиотка.

Джуд, тем временем, наблюдает за нами с неприкрытым интересом, краем глаза выбирая ресторан в телефоне.