Что-то змеёй обвилось вокруг горла Зевандера. Борясь с силой тяжести, тянувшей руки вниз, он вцепился в это. Тонкие шелковистые нити затянулись на глотке; кожу полоснуло горячее жжение. Давление стиснуло дыхательное горло. Впившись пальцами в путы, он посмотрел вверх: паутина над ним натянулась и вытянулась, едва не лопнув, когда падение резко оборвалось. Лицо налилось кровью — казалось, голова вот-вот взорвётся. По инерции тело качнулось маятником к скале. Зевандер выставил руку навстречу стремительно приближавшейся гранитной стене. Основание ладони ударилось о неподатливый камень с тошнотворным хрустом. Боль прострелила руку и плечо; от треска расколовшихся костей скрутило живот. Отчаянно пытаясь сорвать удавку с горла, Зевандер увидел лучевую кость, торчащую из предплечья.
Воздуха в лёгких оставалось всё меньше. Тело покачивалось на растянутой паутине у скальной стены. Кинжал!
Ещё один был закреплён у щиколотки.
Над ним, зависнув в пропасти, Райвокс выпустил в Кадавроса струю серебряного пламени.
Проклятье богов, если корвугон решит улететь, у него не будет ни единого шанса.
Зевандер застонал. Искалеченная рука дрожала, пока он заставлял её тянуться к щиколотке. Тело резко взлетело вверх. Обеими руками он схватился за нити, стягивавшие горло, пытаясь сделать хотя бы один вдох. Успел быстро взглянуть наверх и увидел, как Кадаврос подтягивает его ближе, всё сильнее сдавливая шею.
Маг выпустил из ладони ещё одну шелковистую нить через пропасть. Та обвила одну из ног Райвокса. Кадаврос оттолкнулся от гранитной стены и повис, увлекая Зевандера за собой.
Оба болтались над пропастью. Паучье тело мага находилось всего в паре метров над Зевандером.
Зевандер рискнул отпустить удавку здоровой рукой и вместо этого потянулся к натянутой паутине над головой. Пальцы шарили в поисках тонких шелковистых нитей. От резких движений корвугона давление в лице нарастало.
Жизнь ускользала сквозь пальцы.
Наконец ему удалось ухватиться. Зевандер подтянулся вверх, ослабив натяжение петли на горле. Захрипел и закашлялся, крадя крошечные глотки воздуха, словно каждый мог стать последним.
Ладонь полоснуло огнём. Жёсткая нить проскользнула по коже, и он съехал ниже. Не обращая внимания на торчащую кость, Зевандер впился пальцами в тугой виток на шее и ослабил его ещё немного, судорожно вдыхая при каждом рывке и дрожании паутины.
Райвокс каркнул так, что звук отозвался эхом в пропасти. Из пасти корвугона хлынуло серебряное пламя.
Мышцы Зевандера напряглись в ожидании неизбежного ожога. Но прежде чем хоть один язык расплавленного серебра коснулся его, Кадаврос выставил ладонь и отвёл пламя к стене пропасти.
От столкновения магии с жидким металлом случайная струя серебра рассекла шелковистую паутину над головой Кадавроса.
Раздался резкий треск, от которого всё внутри вздрогнуло.
Зевандер сорвался.
Желудок подступил к горлу: тело снова свободно падало в темноту внизу.
Его сильно дёрнуло, когда Кадаврос зацепился за скалу. Затем паутина, обвивавшая шею Зевандера, оборвалась, и он полетел в бездонную пропасть.
Вниз.
Вниз.
Он размахивал руками и ногами, тщетно пытаясь за что-нибудь ухватиться. Падение становилось всё стремительнее.
Металлические когти впились в плечо: корвугон подхватил его на лету. Зевандер зарычал от мучительной боли, почти парализовавшей тело. Резкая остановка встряхнула мышцы и кости. Птица взмахнула крыльями, снова устремляясь вверх. Адово пламя, его желудок больше не выдерживал всей этой тряски, падений и полётов. В горло протестующе поднялась кислота.
Когда они пролетали мимо чудовищного мага, тот выпустил ещё одну шелковистую нить. Она обвила средний палец лапы Райвокса, прямо над головой Зевандера.
— Грёбаный ад!
Не обращая внимания на приступы боли, он выдернул кинжал. Липкая паутина, врезавшаяся в чешую корвугона, оказалась прочнее самого толстого каната. Зевандер водил лезвием по ней туда-сюда.
Наконец нить лопнула, и Райвокс резко дёрнулся, увлекая его за собой.
Зевандер поморщился и судорожно вдохнул: когда корвугон сжал хватку, плечо пронзило ощущение раскалённых клинков.
В них полетела новая шелковистая нить. Райвокс взревел и выпустил серебряное пламя, испепелившее её.
Зевандер посмотрел вверх. Край пропасти уже был виден.
Что-то потянуло его за ногу. Он дёрнулся к паутине на щиколотке. Петля затянулась, и Зевандер увидел, как под ними на ней висит Кадаврос, карабкаясь вверх.
Как и раньше, Зевандер выставил ладонь, чтобы вызвать пламя, но по руке лишь пробежала слабая фиолетовая вспышка и снова погасла. Скрежеща зубами, он сжал кулак и повторил попытку. Магия продралась по венам, словно зазубренная коса. Тело было настолько истощено и изломано, что казалось чудом, как он вообще ещё дышит. Превозмогая жгучую боль, вопившую в плече, рёбрах и мышцах, Зевандер поднял ногу ровно настолько, чтобы провести лезвием по путам.
— Клянусь грёбаными богами, если эта дрянь не перережется, я…
Клинок дёрнулся и вылетел из пальцев. Но, милосердные боги, он всё-таки рассёк нить.
Кадаврос взревел. Его ноги заметались, пока он падал во тьму внизу.
Тяжёлые вдохи пилили избитые рёбра Зевандера. Он смотрел, как белые нити тянутся к краю скалы, и упрямый зверь снова сумел зацепиться.
Кадаврос вновь полез вверх. Неумолимый ублюдок отказывался умирать. И, судя по всему, был полон решимости убить Зевандера.
Доказательство, что их связь разорвана.