— А если буду спать, когда вдохновишься?
— Обязательно сначала разбужу.
Я усмехнулась, пока он укрывал шёлковыми простынями, и потянулась. Расслабилась куда сильнее, чем по приезде.
— Голодна? — спросил, целуя лоб.
Живот скрутило в ответ. Голод вцепился во внутренности.
— Умираю.
— Принесу еду. Пока отдохни.
Он провёл зубами по шее и прикусил у челюсти.
— Тебе понадобится.
— Рикайя расстроится.
— Рикайя поймёт.
Когда он отстранился и тёплые адские глаза посмотрели на меня, накрыло чувство, которое я не сразу узнала. Страх. Снова потерять его. Никогда после этой ночи не ощутить такого покоя.
Я впилась пальцами в бицепсы по сторонам, отчаянно желая удержать. Нелепо: мы в безопасности. Пока. Но тревожные мысли не утихали.
— Как думаешь, они найдут нас здесь?
— Рано или поздно, да.
Он убрал мокрую прядь с лица.
— Но постараемся подготовиться.
— Думаю, надо снова тренироваться. Хочу упражняться с глифами.
Он поцеловал лоб.
— Утром. Сегодня отдых.
— И удовольствие, полагаю.
— Да.
— Тренировки тоже могут быть приятными.
Он нахмурился, на миг задумавшись.
— Ни в коем случае.
— Ладно. Завтра.
Я провела большим пальцем по губам.
— Как ты остаёшься таким спокойным и собранным?
— Я далеко не спокоен. Но ты заглушаешь шум.
Ещё один поцелуй. Он выпрямился.
— Вернусь.
— Буду здесь.
Он задержался, уголок губ поднялся в полуулыбке.
— Что?
Убрав ещё прядь, он смотрел вниз.
— Ты здесь. В моей постели. В безопасности. Возможно, боги всё-таки меня не ненавидят.
— Не слишком привыкай к мысли. Я профессиональная похитительница одеял.
Губы дёрнулись.
— Звучит опасно.
— Лучше закрепляй свои одеяла рядом со мной. Оставлю тебя мёрзнуть.
Подняв бровь, он наклонил голову.
— Знаю способы согреться.
— Какие? — кокетливо спросила я.
— Покажу, когда вернусь.
Он поцеловал лоб, затем губы.
— Как сказал, одеваться не нужно.
Глава 47
Зевандер
Мысли вязли в голове Зевандера, пока он шёл к кухне.
Добыть амулет, попавший к Кадавросу, почти невозможно. Тот мог быть где угодно. Зевандер радовался, что избавился от голоса и тёмных мыслей, но связь с Кадавросом помогла бы найти его.
Чего этот ублюдок захотел бы настолько сильно, чтобы ради этого выйти из укрытия?
— Зевандер! — окликнула из коридора Рикайя с бутылкой вина. — Мэв закончила купаться?
Она подняла бутылку, улыбаясь.
— Взяла одну из выдержанных. Решила, ты не против.
— Она отдыхает, — проворчал он.
Рикайя фыркнула.
— После смерти выспимся.
— Ей нужен отдых. Сегодня оставь в покое.
— А сам оставишь её в покое, брат?
Зевандер нахмурился, расправляя плечи. Он собирался праздновать каждое грёбаное мгновение её возвращения в объятия. Так что нет. Не собирался.
— Вот как.
Она наклонила голову и ухмыльнулась.
— Посмотрите, кто научился заботиться. Не думала дожить до дня, когда ты полюбишь что-то сильнее лошади.
Он застонал и прошёл мимо.
— Куда идёшь?
— На кухню.
— О! Несёшь еду? Как мило!
Он провёл рукой по лицу, остановился и забрал бутылку. Пробка хлопнула. Он жадно выпил, почти не оценив тёмные фруктовые ноты и лёгкий дубовый вкус, делавшие вино особенным. Удовлетворившись, вернул и вытер рот тыльной стороной ладони.
— Как вульгарно.
Она выпила так же, как он, затем пожала плечами.
— Всё равно бокалы забыла.
— Завтра возобновим тренировки. Хочу, чтобы участвовала.
К его удивлению, она кивнула без возражений.
Зевандер поднял бровь и наклонил голову.
— Что?
Она снова пожала плечами.
— Нужно защищать Маэвит.
Зевандер фыркнул.
— Удивилась бы, как хорошо она защищает себя.
— А, поэтому и влюбился? Может хлестнуть тебя кнутом по заднице?
Вместо ответа он недовольно хмыкнул.
Конечно, она рассмеялась. Но улыбка стала печальной.
— Мать бы точно её полюбила.
— Да, — согласился Зевандер, поманив бутылку пальцами.
Рикайя сначала отпила сама, затем передала.
— Что будет, когда твари нас найдут?
Похоже, это тревожило всех.
— Будем сражаться и защищать любимое.
Она нахмурилась и кивнула.
— Вот это и пугает. Если будет недостаточно?
Он не мог позволить вопросу задержаться в голове. Другого выбора не было. Сражался бы до последнего вздоха. Не хватило бы — восстал бы из грёбаной могилы и продолжил.
Он положил ладонь на плечо Рикайи. Нежность между ними никогда не давалась легко. Её способность читать чувства настораживала, заставляя гадать, что увидит, если заглянет достаточно глубоко. Может, и она боялась.
— Не мучай себя. Сражаться за любимое — достаточно.