Двадцать недель беременности
Я сижу за столом в гостевой комнате; камера ноутбука направлена на нас с Зои и Педро, который сияет от волнения по ту сторону экрана. Сегодня ему исполняется восемнадцать, и я не могу не чувствовать укол гордости и ностальгии.
— Feliz cumpleaños, hermanito [прим. ред.: С днём рождения, младший брат], — тихо произношу я. Хуанита сидит рядом с ним и выглядит такой счастливой; то же счастье отражается и в глазах Педро. Они через столько прошли, но стали лишь сильнее.
Педро наконец-то признался, что тетя плохо с ними обращалась и единственное, чего она хотела, — это получать от меня больше денег. И хотя часть этих средств действительно шла на нужды брата и сестры, большая часть уходила в никуда. Мое сердце разбивается от осознания того, что я поставила их в положение, где с ними жестоко обращались, а меня использовали как личный банк, финансируя неизвестно что.
В руках он держит конверт, который я отправила неделю назад.
— Открывай, Педро. Немного денег, чтобы помочь тебе начать взрослую жизнь. Мы с Гейджем послали ему немного денег, помимо тех, что мы отправляем на них с Хуанитой, просто чтобы у него было что-то лишнее на особенные траты только для себя. Педро открывает конверт, и его глаза расширяются от удивления. — Але, вам не стоило этого делать, — говорит он, но я вижу благодарность на его лице.
— Мы сами захотели, — с улыбкой отвечаю я. — И только посмотри на себя, какой ты теперь взрослый. Я так горжусь тобой, Педро. Продолжай давать мне поводы для гордости, хорошо?
Я показываю им Зои, которая тянется к экрану, пуская слюни, и глажу свой растущий живот.
— Ваш племянник или племянница быстро растет, — улыбаюсь я, и они оба смеются вместе со мной. — Нам нужно будет запланировать поездку к вам, когда Гейдж вернется. Может быть, устроим небольшой отпуск. Тогда я смогу помочь тебе обустроить квартиру. Держу пари, там сейчас полный бардак.
И я даже не шучу. Зная Педро, там тот еще ебаный свинарник.
ПОЗЖЕ Я САЖУСЬ писать электронное письмо Гейджу, чтобы рассказать новости о Зои и моем видеозвонке с братом и сестрой. Я рассказываю ему о предстоящем сегодня УЗИ и о том, что жена Моралеса пойдет со мной. Обещаю прислать ему снимок УЗИ, как только вернусь домой. Я нажимаю «отправить» и делаю глубокий вдох, готовясь к приему.
Как бы я хотела, чтобы он был здесь и прошел через это со мной.
В клинике акушерства и гинекологии специалист по УЗИ тепло меня приветствует.
— Готовы увидеть своего малыша? — спрашивает она, и я киваю, чувствуя, как внутри закипает волнение. Я смотрю на Ребекку, которая ободряюще мне улыбается, забирая у меня Зои. Когда узистка водит датчиком по моему животу, я вижу размытое изображение моего ребенка на экране. Это сюрреалистичный опыт — видеть эту крошечную жизнь, растущую внутри меня.
Quisiera que tu papá estuviera aquí para verte, bebé. [прим. ред.: Как жаль, что твоего папы нет рядом, малыш.]
— Мы хотим, чтобы это был сюрприз, — говорю я узистке. — Так что, пожалуйста, не показывайте мне пол. Она с пониманием улыбается, кивает и продолжает УЗИ, не раскрывая пол ребенка. Я слушаю сердцебиение нашего малыша — сильное и ровное. Это по-настоящему. У нас будет ребенок, и скоро я буду держать своего малыша на руках.
— Ох, Але, он идеален! — вздыхает Ребекка. — Уф... глядя на это, мне хочется еще одного. Виктор возненавидит меня, когда вернется. — Она запрокидывает голову и смеется.
Мы выходим из клиники, снимки УЗИ надежно спрятаны в мою сумку, и направляемся домой. Когда Ребекка уезжает, и как только мы с Зои устраиваемся, я захожу в ноутбук, чтобы позвонить Гейджу по видеосвязи. Его лицо появляется на экране — усталое, но счастливое от того, что он видит меня.
— Hermosa, — произносит он, и в его голосе смешиваются облегчение и тоска. — Рад тебя видеть.
Я так сильно по нему скучаю.
Не плачь, Але.
Слишком поздно, гормоны — это такая, блядь, сука, и я плачу.
— Я скучаю по тебе, cariño. Я так хотела, чтобы ты был со мной на УЗИ. Мне так повезло, что Ребекка смогла пойти со мной, но я хотела, чтобы это был ты.
— Я знаю, amor. Скоро я буду дома, и смогу ходить на приемы с тобой, а потом, не успеешь и глазом моргнуть, как малыш уже появится на свет.
Затем Гейдж берет несколько минут, чтобы рассказать мне о своей ситуации, объясняя, что всё относительно спокойно, но может измениться в любой день. Я киваю, понимая непредсказуемость всего этого.
— А как ты там держишься? — с тревогой спрашиваю я.
Он слабо улыбается.
— Я в порядке. Быть вдали от тебя и Зои оказалось сложнее, чем я мог себе представить, но я знаю, что так нужно.
Я беру Зои на руки, чтобы Гейдж мог ее увидеть, и он улыбается, говоря ей, как сильно скучает. Она агукает и гулит, тянясь к его лицу на экране. Это горько-сладкий момент — видеть, как они общаются на расстоянии.