Эта женщина, которая меня совершенно не знает, принесла мне домашние тамале, корзинку с детскими вещами для Зои и подарила самые теплые объятия.
— В пизду этих putos. [прим. ред.: блядей.] Копы в этом районе — настоящие мудаки. Казалось бы, учитывая, какая здесь большая община, они не должны такими быть. Но они всё равно такие. Виктора постоянно останавливают из-за этого дерьмового расового профилирования.
Я протягиваю ей тарелки, и она накладывает еду.
— Это не первый раз, когда я сталкиваюсь с полицией с тех пор, как приехала сюда.
Я беру тарелку, которую она мне протягивает, ставлю ее на стол, а затем сажаю Зои в детский стульчик. Ребекка передает мне контейнер с фрихолес.
— Для Зои. Я наготовила слишком много для Луиса, — кивает она на своего сына, который играет на полу с машинками.
— Я еще не давала ей фасоль. Врач сказал, только кашу и банановое пюре.
Я ставлю контейнер на стол.
— Ей шесть месяцев, нет?
— Будет через пару недель, но пока нет.
— Хм, и почему я решила, что она старше? Может, спутала с малышом из игровой группы. — Она озадаченно замирает, а через мгновение пожимает плечами. — Тебе обязательно нужно как-нибудь привести Зои.
— Думаю, ей бы понравилось. Это в парке?
Я беру тамале, разворачиваю и откусываю кусочек. У меня закатываются глаза от того, насколько это вкусно.
— О, черт, как же это вкусно.
Серьезно, мои тамале и вполовину не такие вкусные.
— Как-нибудь приготовим их вместе. А ты должна будешь показать мне, как готовишь свой флан. Мой вечно получается как дерьмо.
— Мама, это плохое слово, — хихикает Луис.
«Блядь», — беззвучно произносит она одними губами, и мы обе начинаем смеяться.
— У меня язык без костей на всякую ругань. Виной тому брак с морпехом. Какая же грязь порой вылетает из их ртов.
И она не лжет. Я слышала, как Гейдж разговаривает по телефону с парнями из своего подразделения, и это просто безумие, сколько раз слово «блядь» они могут впихнуть в одно предложение. Но должна сказать, что он действительно молодец: старается не материться при Зои. Я ругаюсь по-испански, но понимаю, что мы и так слишком много говорим на нем при дочери, так что в итоге он может стать для нее первым языком. Поэтому я просто изо всех сил стараюсь сдерживаться.
— Спасибо, что пришла, — я поднимаю бутылочку Зои, глядя на Ребекку. — Правда. Мне это было необходимо. Одиноко, когда он уезжает, а не знать никого — вообще отстой.
— Гейдж и Виктор дружат уже много лет, так что я удивлена, что нам понадобилась такая ситуация, чтобы наконец встретиться. Как бы то ни было, теперь ты от меня не избавишься. Ха-ха! Мы сможем делать кучу всего, пока парней не будет. Нужен компаньон для шопинга — погнали. День на пляже? Абсолютно.
Ребекка встает, забирая мою пустую тарелку.
— Мы вместе переживем их отсутствие.
Она относит тарелки в раковину и начинает мыть посуду. Я свыкаюсь с мыслью, что не буду совсем одна, пока Гейдж в отъезде. От нахлынувшего облегчения меня переполняют эмоции, и я едва замечаю, что плачу. Зои отталкивает от себя бутылочку; я отстегиваю ее и помогаю срыгнуть. Ребекка оборачивается.
— Эй... не плачь. Всё хорошо, Алехандра.
— Зови меня Але, — улыбаюсь я. — Просто я думала, что буду справляться со всем этим в одиночку, и мне было так страшно. Во время командировок я помогала растить детей их мамам, но никогда — совсем одна. И никогда — в роли беременной жены. Как ты это делаешь, Ребекка? Как тебе удается не волноваться?
— Ох, поверь мне... Я волнуюсь. Бывают ночи, когда я не сплю, потому что тревога съедает меня изнутри.
Я встаю, иду в семейную комнату и кладу Зои на развивающий коврик. Луис и Ребекка идут следом, и мы все устраиваемся поудобнее.
— Мы пережили столько командировок, что всё слилось в сплошное пятно, но одиночество никуда не уходит, и от этого их возвращение домой становится еще более значимым.
Ребекка проверяет телефон, когда пищит будильник.
— Блин, мне пора ехать за старшими детьми в школу. Хочешь поехать с нами, или нормально побудешь одна?
Я смотрю на часы — уже три часа дня. Весь мой день пошел насмарку, и если я не сделаю хоть что-нибудь, завтра нам с Зои придется провести вне дома целый день.
А мне этого совсем не хочется.
— Я буду в порядке. Вообще-то, мне тоже нужно по делам. Я собиралась поехать купить кое-какие вещи для Гейджа. Может, спрошу, не хочет ли он поехать со мной.
Мы вместе идем к входной двери; Луис немного хнычет о том, что устал.
— Поспишь по дороге в школу, mijo. [прим. ред.: милый.] Слушай, давай устроим большой семейный ужин перед их командировкой. Что скажешь?
Большой ужин был бы очень кстати, и, думаю, Гейдж оценил бы возможность немного расслабиться перед тем, как оказаться в стрессовой ситуации.
— Давай. Они уезжают в понедельник, так что, может, в субботу?