Я киваю, и грудь наполняется тихой волной благодарности. Удивительно, как легко мы с ним вошли в этот общий ритм и как естественно теперь полагаться на него. Может, мы и не идеальны, но прямо сейчас это именно то, что мне нужно. То, что нужно нам обоим.
Я встаю и направляюсь к кухонной раковине, чтобы убрать со стола, и Гейдж провожает взглядом каждое мое движение.
— Оставь, Але.
Тяжесть его взгляда, это пристальное, неотрывное внимание отзывается внутри теплой дрожью, но пока я отгоняю это чувство. Для этого еще будет время позже.
— Я пойду уложу ее. Спасибо, что предложил помыть посуду, — мягко говорю я с легким сердцем.
— Не нужно меня благодарить, — отвечает Гейдж уже серьезнее. Он поднимается из-за стола и едва заметно улыбается мне. — Я твой муж, Hermosa. Мы одна команда, и пока я дома, я никогда не позволю тебе тащить все на себе в одиночку. Стирка: ты стираешь — я складываю. Ужин: ты готовишь — я убираю. Захочешь потрахаться — я всегда за.
Я поворачиваюсь к нему лицом, встречаюсь с ним взглядом и улыбаюсь.
Ох уж этот чертов мужчина.
— Увидимся наверху, — шепчу я и направляюсь к лестнице, прижимая Зои к груди по пути в ее комнату.
В доме тихо, и лишь мягкий стук моих шагов по ступенькам нарушает безмолвие, пока я иду наверх, крепко прижимая к себе нашу дочь. Войдя в комнату Зои, я бережно опускаю ее крошечное тельце на пеленальный столик, меняю подгузник на свежий и одеваю малышку в боди и спальный мешок.
В комнате пахнет лавандой и чистым бельем. Когда я укладываю ее в кроватку, она тихонько вздыхает, ее веки трепещут, и она почти мгновенно засыпает. Я стою над ней еще мгновение, наблюдая за ней — этим крошечным, прекрасным созданием, за которое я каким-то образом теперь в ответе.
Сердце переполняет смесь любви и стремления защитить, которая до сих пор застает меня врасплох. В каком-то смысле она моя, и я буду защищать ее всеми силами. Я буду защищать эту семью всем, что у меня есть.
Выйдя из детской, я иду по коридору в комнату, которую Гейдж изначально подготовил для меня, и беру кое-что из одежды. Но стоит мне остановиться у дверей его — то есть нашей — комнаты, как оттуда доносится низкий, ровный голос Гейджа:
— Заходи, Hermosa. Tu esposo te está esperando. [прим. ред.: Твой муж ждёт тебя.]
От его слов по телу пробегает разряд предвкушения, и с участившимся пульсом я переступаю порог.
В комнате меня встречает теплое сияние прикроватных ламп, бросающих мягкий свет на точеные черты лица Гейджа. Он сидит на кровати, не сводя с меня глаз, а на его губах играет тень улыбки. Воздух наэлектризован до предела, и жар его взгляда ощущается на коже словно прикосновение.
Я иду к нему; сердце бешено колотится в груди, все чувства обострены. Звук моих шагов по полу кажется непривычно громким, я остро осознаю каждое движение, каждый вдох. Гейдж не отрывает взгляда от моих глаз, притягивая меня своей неудержимой энергетикой.
Когда я дохожу до кровати, он поднимается — плавно и неторопливо. Он возвышается надо мной, и рядом с его широкими плечами и мощной грудью я чувствую себя маленькой и уязвимой. Но мне не страшно. Меня тянет к нему, к той силе и мощи, что исходят от него.
Он делает шаг навстречу, его лицо оказывается в считаных сантиметрах от моего. Я ощущаю жар, исходящий от его тела, запах его кожи с легкими нотками мыла и шампуня. Пульс частит, дыхание перехватывает в горле.
— Ты такая красивая и только моя, Але.
Я поднимаю на него взгляд, встречаясь с его глазами. Связь между нами почти осязаема — словно электрическая искра, прошивающая воздух. Я чувствую, как нарастает предвкушение, а напряжение внутри меня сжимается тугой пружиной.
Не говоря ни слова, Гейдж протягивает руку и нежно заправляет прядь волос мне за ухо. От его прикосновения по телу прокатывается волна удовольствия, и я невольно подаюсь к нему, всем телом жаждая большего.
Он улыбается — медленной, соблазнительной улыбкой, от которой мое сердце пропускает удар.
— Можно тебя поцеловать, Але? — шепчет он, обжигая мою кожу горячим дыханием. — Можно поцеловать мою жену?
Я киваю, и он притягивает меня к себе в поцелуе, который лишает дыхания и заставляет желать большего. Наши губы соприкасаются, и весь окружающий мир тает, оставляя лишь нас двоих, потерянных в этом мгновении. Поцелуй Гейджа подобен шторму — неистовый и всепоглощающий, уносящий меня в водоворот страсти. Я тону в глубине его глаз, а искра между нами разжигает пламя, грозящее поглотить нас обоих.
Его руки блуждают по моему телу, очерчивая изгибы талии, округлость бедер и мягкость кожи. Каждое прикосновение посылает под кожу маленький электрический импульс, каждая ласка разжигает новый огонь желания. Я чувствую, как выгибаюсь ему навстречу, мое тело требует большего, а сердце неистово стучит в груди.