Пока мы восстанавливаем дыхание, я крепко прижимаю ее к себе, чувствуя, как вода смывает наш пот. Это был быстрый, неистовый секс, но именно это нам обоим и было нужно. Я смотрю ей в глаза и вижу в них любовь и обожание, и понимаю: вот то, за что я сражаюсь, вот то, к чему я возвращаюсь.
— Я люблю тебя, Але, — шепчу я, касаясь губами ее уха.
— Я тоже тебя люблю, Гейдж, — отвечает она; ее голос едва слышен за шумом воды. — Тебе лучше поторопиться, пока ты снова не попал в неприятности.
Я обнимаю ее еще мгновение, наслаждаясь ощущением близости к ней, ощущением того, что я внутри нее. Затем неохотно выхожу из нее, и мы оба стоим под водой, позволяя ей омывать нас. У меня остается всего пара минут до ухода, и я намерен использовать их по максимуму, дорожить каждым мгновением, проведенным со своей женой.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
АЛЕХАНДРА
Гейдж поспешно уходит из дома, оставляя меня хихикать в душе, пока я заканчиваю мыться, а затем готовлюсь к долгому дню с Зои. Натянув шорты для йоги и удобное домашнее платье, я захожу в детскую. Она проснулась, не капризничает, а тихо агукает, глядя на мобиль над кроваткой.
— Доброе утро, принцесса.
Я тянусь к ней, и она встречает меня прищуренной, беззубой детской улыбкой.
Она пробуждает во мне столько эмоций, поднимая на поверхность то, чего я хотела, но о чем никогда не позволяла себе даже думать. Но теперь ее отец — мой муж — собирается воплотить это в жизнь. Я меняю ей подгузник и переодеваю, а затем мы спускаемся вниз, чтобы я могла позавтракать. Зои отправляется в свое маленькое кресло-качалку, пока я готовлю для нее бутылочку, и в ожидании, пока осядет пена, я на ходу съедаю протеиновый батончик и достаю из холодильника контейнер с колд-брю. Наполнив шейкер льдом и закинув внутрь металлический шарик, я наливаю кофе и добавляю мерную ложку ванильного протеина.
Мой телефон звякает как раз в тот момент, когда я сажусь в кресло с Зои. Я делаю глоток кофе, ставлю его на приставной столик и беру телефон.
ГЕЙДЖ: Привет, красавица, просто решил проверить, как вы.
АЛЕ: У нас все отлично. Принцесса как раз кушает. Потом выложу ее на животик на пол.
ГЕЙДЖ: А как насчет тебя?
А как насчет меня?
ГЕЙДЖ: Але? Скажи мне, что ты уже поела.
Не успеваю я ответить, как приходит еще одно сообщение.
ГЕЙДЖ: Нет, кофе со льдом и ложка протеина, которую ты туда бахнула, не считаются.
Этот мужчина уже слишком хорошо меня знает.
АЛЕ: Я съела протеиновый батончик.
ГЕЙДЖ: Господи, блядь.
ГЕЙДЖ: Amor, пожалуйста. Не заставляй меня возвращаться домой, сажать тебя на колени и кормить с ложечки.
АЛЕ: Этим ты ситуации не поможешь.
ГЕЙДЖ: Будь хорошей девочкой и поешь ради меня. Мне нужно, чтобы к вечеру ты была полна сил.
АЛЕ: Серьезно?! Ты там еще не выдохся?
ГЕЙДЖ: Даже близко нет.
ПОГОДА НА УЛИЦЕ СТОИТ просто потрясающая, и, хотя я выносила Зои на задний двор, чтобы она полежала на животике на свежем воздухе, думаю, было бы здорово выбираться с ней из дома не только ради походов к врачу или по делам. Надеюсь, мне удастся уговорить Гейджа купить хорошую беговую коляску, чтобы я могла бегать вместе с ней. Кстати о деньгах. Надо позвонить тете и узнать, как там Педро и Хуанита. Приближается время, когда им понадобятся продукты и помощь с оплатой счетов.
Зои спит уже больше часа во время своего полуденного сна, и я по полной этим пользуюсь. Я успела постирать и сложить две партии белья и подготовила ингредиенты для сегодняшнего ужина. Мой телефон вибрирует в кармане платья, и я выуживаю его, ставя музыку на паузу и проверяя сообщения.
ПЕДРО: Тетя не знает, что у меня есть этот телефон, так что, пожалуйста, не говори ей. Я нашел квартиру на время после выпуска. Хуанита может жить со мной. Ты не против?
Моя пятнадцатилетняя сестра и восемнадцатилетний брат будут жить одни. Я не в восторге от этой идеи.
АЛЕ: Не знаю, Педро. Я подумываю забрать Хуаниту к себе.
ПЕДРО: Она не хочет уезжать из Мексики. Я тоже.
АЛЕ: Педро, так может быть лучше для всех.
ПЕДРО: Лучше для кого, для тебя? Почему бы тебе не вернуться?
Черт. Он до сих пор не знает, что я вышла замуж.
АЛЕ: Я не могу.
ПЕДРО: Почему?
АЛЕ: Потому что теперь я замужем.
Педро не отвечает, оставляя мое сообщение прочитанным в течение десяти минут, и именно в этот момент я сую телефон обратно в карман и беззвучно плачу, складывая одежду.
ОТ ЗВУКА пикнувшей сигнализации пикапа Гейджа мое сердце начинает трепетать в груди. Пусть сегодняшний день и оказался дерьмовым, я знаю, что, увидев его, мне станет немного легче. Зои сидит у меня на спине, пока мы пританцовываем по кухне, готовя ужин. Входная дверь открывается, и я слышу, как Гейдж бросает ключи на столик в прихожей; его ботинки тяжело стучат по деревянному полу, пока он идет вглубь дома.
— Але?
— Мы на кухне! — кричу я, перекрывая шипение жарящихся на сковороде тако. Я перекладываю их на застеленную бумажным полотенцем тарелку и закидываю на сковородку еще два как раз в тот момент, когда он появляется в поле зрения.