— Глупая женщина, — прорычал орк, его лицо и голос так и сочились едким презрением. Он резко поднялся на ноги, да так внезапно, что табурет с грохотом повалился набок за его спиной. — Мне вообще не следовало прикасаться к тебе таким образом. Ты не только предаёшь свою бесценную библиотеку и продаёшь свои дешёвые ласки любому, кто попросит, у тебя вообще нет ни здравого смысла, ни рассудка! Я предлагаю тебе жизнь, а ты смеешь стоять здесь и отказываешься принимать это?!
На этот громкий, яростный выпад невозможно было ни ответить, ни возразить; в два плавных размашистых шага он преодолел разделявшее их расстояние, нависнув над ней — близкий, огромный и пугающе сильный.
— Мой сын, — прошипел он, — разорвёт тебя надвое, женщина. Он разорвёт тебя на части, и ты умрёшь с криками в страшных муках. И как бы сильно я ни желал подобной участи для такой дуры, как ты, я поклялся помочь тебе, а значит, теперь я связан этим долгом и тобой!
Страх и отвращение нахлынули разом, удушающие, отчаянные и тошнотворные, дико и безжалостно сталкиваясь с образами прошлой ночи. Его тело, входящее в неё, его когти, такие нежные на её шее… она была дурой, он бы только порадовался такой участи, он действительно предпочёл бы, чтобы она умерла с криками, в мучениях…
— Нет, — выдохнула Роза. — Я скорее сдохну, сволочь, чем свяжу себя чем-либо с таким жестоким, свирепым, самовлюблённым чудовищем, как ты. Можешь считать свой долг исполненным, а наше злосчастное знакомство — навсегда оконченным. Прощай.
Глава 10
Роза бросилась бежать по библиотеке, её лицо горело и полыхало жаром, шаги были неверными, её заносило в стороны. Она носила в себе семя орка, она могла выносить его сына, а он желал ей смерти.
Она схватилась за входную дверь, изо всех сил потянув её на себя, — но та лишь загрохотала на месте и осталась плотно закрытой. И когда её дрожащие пальцы попытались потянуть за знакомый засов, её пронзило леденящее, заставляющее сердце замереть осознание: он изменился. Толстая сталь была резко согнута набок, упираясь в дверь и гарантируя, что никто не сможет ни войти внутрь, ни выйти наружу.
Роза смотрела на него долгий, оглушительный миг — это сделал орк, он запер её здесь, — а затем попятилась назад, качая головой. Нет. Нет. Должен быть другой путь, она выйдет через чёрный ход, а если он заблокировал и его, она выберется через чёртово окно…
Но стоило ей резко повернуться, как её босая нога поскользнулась на чём-то — на чём-то плоском и гладком, чего раньше здесь не было. И когда её сильно дрожащие пальцы потянулись вниз, чтобы схватить это и перевернуть, новая волна хаоса пронзила её позвоночник.
Это было письмо. От лорда Каспара. Адресованное ей.
Лорд Каспер за всю свою жизнь ни разу не писал Розе — джентльмены не пишут писем библиотечному персоналу, — но аккуратный угловатый почерк невозможно было перепутать, как и характерную красную сургучную печать, и то, что Роза нашла его прямо здесь, под прорезью для писем в двери. Простояв в оцепенении ещё мгновение, она схватила его, сломала печать и резко развернула письмо.
«Дорожайшая Роза, — гласило оно. — Вас наверняка порадует известие о том, что моя работа над проектом, который мы обсуждали, достигла ушей Цитадели в Вольфене. Мы с отцом вскоре представим мои выводы самому Совету, который пообещал выделить значительные ресурсы на осуществление наших планов, если они будут сочтены удовлетворительными.
Уверен, нет нужды говорить, что этот проект теперь имеет первостепенное значение. На карту поставлена не только моя репутация в грандиозных масштабах, но также ресурсы и планы всего королевства — многие из которых уже приведены в действие в рамках подготовки к моим грядущим откровениям.
Я буду ожидать от Вас наилучших результатов работы в моих интересах и даю Вам своё разрешение на принятие любых мер, необходимых для достижения этой цели, даже если они потребуют временного закрытия библиотеки.
Я вернусь в первый день месяца, чтобы принять Ваш отчёт. Если он будет соответствовать моим стандартам, я вознагражу Вас должным образом, как и обещал. И если Ваша работа действительно произведёт впечатление, я также рассмотрю возможность существенного дополнительного вознаграждения, выходящего за рамки всего, что обсуждалось ранее, и которое наверняка окажется чрезвычайно приятным для Вас.
Однако если Вы разочаруете меня, я буду вынужден принять решительные меры — включая Ваше немедленное увольнение из библиотеки без предоставления рекомендаций и назначение на Ваше место человека, более соответствующего моим потребностям.
Не подведите меня».
Письмо было скреплено не только знакомой росписью лорда Каспара, но и его личной печатью, что указывало на глубокую, пугающую важность этого ужасающего послания. Роза лихорадочно перечитывала его снова и снова, пока её руки, державшие лист, не задрожали так сильно, что строчки поплыли перед глазами. Она опустила руку вдоль тела, уставившись невидящим взглядом в пустоту.
Цитадель. Совет. Значительные ресурсы, первостепенное значение, наилучшие результаты, не разочаруйте меня.