Я понятия не имею, что это значит и что мне делать, поэтому неловко поднимаю руку в приветствии, а потом засовываю руки в карманы, чтобы не усугублять собственное унижение.
Губы Деми поджимаются, она глубоко вдыхает.
— Ага. Высокий парень.
— У вас тут была небольшая ночевка?
Это, право, пугает: Блу умеет поддразнивать сестру так, что все звучит легко и беззаботно, одновременно глядя на меня так, словно готова разорвать в клочья. Боюсь, что любое мое слово сейчас только все усложнит для Деми, поэтому молчу и позволяю ей самой вести разговор.
— Ага, он остался ночевать, — невозмутимо отвечает Деми.
Блу ставит бумажный пакет на комод.
— И ты просто оставила его здесь, а сама уехала?
— Блу, — твердо говорит Деми.
Рыжеволосая поднимает руки в примирительном жесте, но явно не собирается сдаваться.
— Что? Ты сказала, что отношения только начались.
— Можешь просто вести себя нормально?
Блу обдумывает просьбу, а потом напряжение в ее плечах немного спадает, когда она смотрит на Деми. Она подходит ко мне и протягивает руку.
— Я Блу. Сестра Деми.
Я пожимаю ее руку и чувствую силу пальцев в крепком рукопожатии.
— Тристан, — отвечаю я.
В ее глазах что-то мелькает, и на долю секунды Блу Сент-Джеймс совершенно замирает. Мы стоим неподвижно, все еще не разжимая рук, словно застыли в молчаливом поединке. Не знаю, о чем она думает, но ее холодное, осторожное выражение лица заставляет меня нервничать. Нетрудно понять, почему Деми боится рассказывать сестре правду: когда тебя так пристально изучают, чувствуешь себя крайне неуютно.
Деми издает тихий стон, и мы оба тут же поворачиваемся к ней. Блу отпускает мою руку, и я делаю два длинных шага, оказываясь рядом с Деми.
— Что случилось? — спрашиваю я, прижимая ладонь к середине ее спины.
Я чувствую, как она расслабляется под моей рукой.
— Она плохо себя чувствует, — отвечает за нее Блу.
— Я в порядке, — огрызается Деми. Я не виню ее. Сам начинаю чувствовать то же раздражение. — Думаю, подхватила какой-то желудочный вирус.
— Если завтра ты все еще не сможешь ничего почувствовать на вкус, тебе стоит сходить к врачу, — говорит Блу.
Что-то здесь не так.
— Ты не чувствуешь вкуса?
Деми поднимает на меня взгляд и качает головой. Я вижу, как отчаянно она пытается сейчас показать, что все в порядке, но под этим притворством ясно чувствую: ей действительно плохо.
— Странно, правда? — спрашивает она.
Я хмурюсь.
— Странно.
— Деми, хочешь, я побуду здесь еще немного? — вмешивается Блу.
Это меня задевает. Я знаю, что Блу просто хочет помочь, но после нашего напряженного знакомства чувствую себя выбитым из равновесия. Мне не нравится, насколько властной она кажется. Не нравится, как она смотрит на меня, будто знает все мои секреты. К тому же Деми и так переживала из-за разговора с семьей обо мне и заклинании, боялась реакции Блу. Я просто хочу, чтобы Блу ушла и я мог позаботиться о Деми.
Прежде чем успеваю остановить себя, говорю:
— Я сам о ней позабочусь.
Наверное, мой тон звучит слишком резко, потому что Деми шепотом произносит мое имя как предостережение, а в глазах Блу изнутри вспыхивает огонь. Уголок ее рта изгибается в ухмылке, в которой нет ни капли веселья или дружелюбия. Словно она давно искала себе врага, а я только что вручил ей именно то, что она хотела.
— Сам о ней позаботишься, значит? — повторяет Блу низким, тихим и опасным голосом.
Я облажался.
— Блу, у тебя сегодня днем клиенты. Я все равно собираюсь немного поспать, — вмешивается Деми, явно пытаясь сгладить ситуацию.
Блу неохотно бросает взгляд на винтажные часы на запястье и вздыхает.
— Ты права, — говорит она, берет Деми за руку и слегка поворачивается, закрывая меня от сестры. — Постарайся отдохнуть. Я позвоню позже. Не умри.
Деми улыбается.
— Есть, шеф.
Блу даже не удостаивает меня взглядом, выходя за дверь. Слава богу.
Когда дверь закрывается, Деми поднимает брови, но в уголках красивых губ играет улыбка.
— Ну и ну, мистер Собственник.
Я морщусь.
— Прости. Это было лишнее.
— С парнями вроде Оуэна можешь сколько угодно изображать «она моя», хоть каждый день. Но с моей сестрой лучше так не делать.
— Учту.
— Тебе повезло, что Блу не разорвала тебя на части.
— Правда? Потому что ее взгляд обещал боль.
— Смертельный взгляд — детские игрушки.
— Прости. Я только что сделал ваши отношения еще сложнее?
Деми качает головой.
— Не между нами. Но ты преподнес ей недоброжелательность на серебряном блюде, и теперь тебе чертовски трудно будет из этого выбраться.
— Учту.
Деми резко втягивает воздух сквозь зубы и прижимает обе руки к животу. Меня мгновенно захлестывает тревога, и я обнимаю ее, помогая дойти до лестницы.
— Давай уложим тебя в постель, — говорю я.
— Как же пошло с твоей стороны, — парирует она.