» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 52 из 125 Настройки

— Рана в плече была серьезная, но пулю я извлек. До жизненно важного места не хватило миллиметра. Ножевое ранение тоже глубокое, но печень не задета.

Не успеваю подумать, как на моих губах появляется почти маниакальная улыбка при мысли о том, как Луна защищалась этим ножом. Она даже не представляет, насколько идеально подходит для этого мира.

Сосредоточься.

Сейчас не время для таких мыслей.

Скоро.

Потому что, хотя я и сказал ей, что не удерживаю ее силой, мы с моими демонами знаем: она не уйдет от меня.

Когда я приказал Антону обезвредить того, кто находился в той квартире, я прекрасно понимал, что это означает.

Теперь Луне осталось лишь принять, что она моя.

— Можете идти. Если снова понадобится ваша помощь, я позвоню, — говорю я врачу.

После этого спускаюсь по лестнице в подвал. Нолан сидит привязанный к стулу, а верхняя часть его тела обмотана бинтами. Голова слегка запрокинута назад.

Я знаю, что рядом должен быть шприц с адреналином, поэтому беру его со стола и делаю Нолану укол.

К этому моменту Девин уже наверняка знает, что его кузен у меня, поэтому у меня нет времени на сантименты и любезности.

Нолан начинает слегка шевелиться на стуле, и, когда его взгляд наконец фокусируется на мне, несколько секунд в нем остается только ужас. Для обычного мира я генеральный директор. Для тех, кто связан с мафией, я человек, с которым они молятся никогда не встретиться.

— Почему Луна?

Я хочу, чтобы он понял: времени на ответы у него мало, а то, сколько крови он потеряет, напрямую зависит от того, что прозвучит из его рта.

— Иди к черту, Роман! Когда Девин узнает, он сожжет весь твой маленький домик.

Он пытается рассмеяться, но смех быстро обрывается из-за боли, исходящей от ножевой раны между ребрами, которую оставила Луна.

— Хорошо.

Я подхожу к ножу, который больше напоминает тесак. Лезвие блестит в теплом свете лампочки, и вместе с запахом отчаяния это создает ощущение покоя.

Это место, где мне никогда не приходилось притворяться. Где никогда не приходилось что-либо скрывать.

Во взгляде Нолана снова проступает страх, но я не даю ему времени переосмыслить сказанное. Я хватаю его за руку, укладываю ее на маленький столик рядом со стулом, где лежат все мои инструменты, и одним быстрым движением отрубаю указательный палец на его левой руке.

Его крик заполняет подвал, а я наблюдаю, как он пытается защитить теперь уже неполную кисть.

Жаль, что веревки, которыми связаны его плечи, почти не оставляют свободы движения.

— Почему Луна?

Надеюсь, он понял, что любой ответ, кроме нужного мне, будет стоить ему еще одного пальца. Не похоже, чтобы он отличался особым умом.

Проблема в том, что у меня всего несколько минут до того, как он впадет в шок, и никакое количество адреналина не удержит его в живых достаточно долго, чтобы он успел дать мне ответы.

— Ее выставили в счет долга!

Он отвечает, всхлипывая, и, господи, как же мерзко смотреть на взрослого мужика, у которого из носа текут сопли и который рыдает как маленькая девочка из-за одного пальца.

Меня и Нико обучал искусству пыток собственный отец.

Если мы осмеливались выдать хоть какую-то информацию до окончания тренировки, наказание порой было настолько жестоким, что мы быстро понимали: смерть — не враг. В таких ситуациях либо терпишь, либо молишься, чтобы она пришла быстрее.

— Кто и сколько?

Ярость волнами исходит от моего тела, потому что у меня есть подозрение. И если он его подтвердит, то по крайней мере умрет быстро.

— Да брось, Роман. Ты же знаешь, что я не могу рассказать тебе все подробности. Убей меня и закончим на этом.

Его почти сожалительный взгляд должен был бы вызвать у меня хоть каплю жалости. Но нет. Даже близко.

Все, что я вижу перед глазами, — синяк на теле Луны, который появился из-за него.

Все, что слышу, — ее болезненный стон, когда Кай осматривал ее.

Я беру ту же руку и повторяю все предыдущие действия.

Меняется лишь одна переменная — крик Нолана становится намного выше, а его взгляд уже начинает терять фокус.

— Скажи мне, кто и сколько, Нолан, и через десять секунд у тебя больше ничего не будет болеть.

Это единственная гарантия, которую я могу ему дать, и я вижу, как он из последних сил пытается обдумать мое предложение.

— У меня есть еще адреналин, Нолан. Может, надолго тебя не хватит, но ты молодой. Твое сердце выдержит еще один или два раунда.

И в этот момент я вижу в его глазах смирение и не могу сдержать улыбку. Многие думают, что искусство пытки заключается в том, сколько боли ты способен причинить. Но секрет в том, насколько быстро ты убедишь человека, что пытка никогда не закончится.

Физически человек способен вынести множество видов истязаний.

Приятно ли это?

Разумеется, нет.

Но первой ломается психика, которая больше не способна воспринимать боль.

— Эйден Грейворт. Пятьсот тысяч долларов.

Сказав это, он роняет голову вперед.