» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 123 из 127 Настройки

Двое мужчин так и не поднимают рук. Обоим под пятьдесят, на них дорогие, безупречно отглаженные костюмы, а седые волосы зачесаны назад с таким количеством средства для укладки, что выглядят прилизанными. Тот, что пониже, сложен как бульдог: толстая шея и массивная, бочкообразная грудь. Второй огромен, словно танк. Кажется, он мог бы выжать лежа целую машину, даже не вспотев.

Первым заговаривает мужчина, похожий на танк. Его голос разносится над столом.

— Ходят слухи, что Маржена все еще дышит.

Температура в комнате словно падает на несколько градусов. Несколько дней назад я спрашивала Дэмиена о ней. Он пообещал, что она останется взаперти, пока он не решит иначе, а затем предупредил, чтобы я не выпытывала подробности. Что-то насчет того, что тканям нужно восстановиться, прежде чем он сможет продолжить. Поэтому я, как хорошая жена, не стала настаивать.

— Дышит, — подтверждает Дэмиен без малейшего намека на раскаяние. — Угроза была направлена против меня и моей семьи. Значит, и правосудие мое, и методы мои, и сроки определяю я.

Бульдог наклоняется вперед, опираясь локтями о стол.

— А что насчет файла? Того самого, где собран компромат на каждого из нас? Маржена десятилетиями собирала сведения, которыми можно было шантажировать людей. Где этот файл сейчас?

По лицу Дэмиена медленно расползается улыбка.

— Рад, что ты об этом заговорил.

Позади меня раздаются шаги. Казимир решительно проходит мимо меня к столу Совета и бросает на деревянную поверхность флешку. Она ударяется с таким резким треском, что половина мужчин невольно вздрагивает.

Два метра сплошных мышц, и это еще весьма скромная оценка. Роман, Дэмиен, Максим, Василий и даже Марко возвышаются над большинством мужчин, но рядом с Касом все они кажутся людьми самого обычного роста. Он словно само воплощение насилия. И то, как он сейчас стоит за спиной Дэмиена, скрестив руки на груди, не оставляет сомнений, на чьей он стороне.

— В надежных руках. У меня, — произносит Кас низким, рокочущим голосом.

— Господа, — продолжает Дэмиен, откидываясь на спинку кресла с таким видом, будто у него нет ни единой заботы в мире, — познакомьтесь с новым членом Совета.

По комнате прокатывается волна приглушенного ропота. Кто-то ругается себе под нос. Другой мужчина сжимает лежащую на столе руку в кулак. Однако никто не решается высказаться открыто. Только не тогда, когда тридцать лет тайн, любовных интрижек, убийств и финансовых преступлений заключены в крошечном устройстве, которое сейчас находится под защитой Каса.

Один из сторонников Дэмиена, пожилой мужчина с добрыми глазами, прочищает горло.

— В Совете всегда было двенадцать мест. Такова традиция.

— Значит, поступим следующим образом. — Голос Дэмиена становится ниже и приобретает ту обманчиво непринужденную интонацию, от которой я невольно выпрямляю спину. Потому что прекрасно знаю этот тон. Именно так он говорит непосредственно перед тем, как прибегнуть к насилию. — Либо мы добровольно голосуем за его вступление в Совет, либо я достаю пистолет и кому-то придется устраивать похороны. Кстати, моя жена умеет организовывать чертовски хорошие поминки.

Кулак с такой силой обрушивается на стол, что бокалы подпрыгивают.

— Ты не можешь угрожать членам Совета, Каминский! — Это Танк, чье лицо покраснело от возмущения. — Существуют правила. Процедуры. Ты не можешь просто взять и...

Дэмиен широко ухмыляется, обнажая зубы, но в этой улыбке нет ни капли тепла.

— Вообще-то могу. Давай я тебе кое-что объясню, Даров. Твои счета ломятся от денег благодаря сделкам, которые организовал я. Твои секреты остаются похороненными благодаря сетям, которые поддерживаю я. Ты расширяешь свое влияние на новые территории — и это, мать твою, моя заслуга, мои связи, моя стратегия. Я соблюдаю процедуру голосования исключительно потому, что сам этого хочу, потому что Сарин создал нечто достойное сохранения. Не путай эту любезность со слабостью.

После его слов воцаряется абсолютная тишина. Становится так тихо, что можно услышать, как падает булавка. Члены Совета обмениваются взглядами, ведя целые разговоры с помощью приподнятых бровей и едва заметных движений головы.

Наконец молчание нарушает пожилой седовласый мужчина, тот самый, который упоминал традиции.

— Сарин доверял тебе. Он был мне братом во всем, кроме крови, и я собственными глазами видел, как он готовил тебя к этой роли. Он хотел бы, чтобы именно ты возглавил Совет. И если твое первое распоряжение в качестве главы — учредить тринадцатое место, то я тебя поддерживаю.

Его рука медленно поднимается. Один за другим примеру следуют остальные. Даже Бульдог и Танк после долгого колебания поднимают руки.

Послание предельно ясно: выбора у них нет, но они достаточно умны, чтобы это понимать.