» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 26 из 138 Настройки

Болей за меня.

Не совсем понимаю, что именно для этого нужно делать, но если улюлюкать и вопить, как все вокруг, то я предпочту съесть сырую брокколи. А я ее ненавижу. Но поддержать Монти все же хочется. Подбодрить его. Поэтому поднимаю кулак и тихо, неуверенно произношу:

— Ура?

Он смеется, хотя я ничего не слышу.

А потом замечаю, что на меня смотрит кто-то еще.

Его противник — кажется, ведущий назвал его Смертельной Опасностью — поворачивается и прищурено меня разглядывает. Все его тело покрыто янтарной чешуей, зеленые глаза рассечены вертикальными зрачками, а в ухмылке видны острые зубы. Поначалу его внимание застает меня врасплох, и хочется спрятаться от этого взгляда. Но верх берет более сильный инстинкт. Хищница внутри меня, осмелевшая от алкоголя в животе, кривит губы в оскале. Я смотрю на него свысока, словно передо мной всего лишь полевая мышь, и, не отводя глаз, отрываю еще кусок сахарной ваты.

Он отворачивается и, похоже, что-то кричит Монти. Тот заметно напрягается, лицо мрачнеет. Он разминает пальцы. Сжимает их в кулаки.

Снова звенит колокол, и оба бойца выходят из своих углов. Предыдущие противники сразу бросились друг на друга, но Монти и Смертельная Опасность начинают медленно, изучая друг друга и двигаясь по кругу. Они обмениваются несколькими пробными ударами, от которых оба с легкостью уклоняются. Даже почти ничего не зная об этом спорте, понимаю: они лишь прощупывают друг друга. Оценивают соперника.

Наконец Монти резко бросается вперед и бьет противника в ребра. Смертельная Опасность отвечает, и они практически налетают друг на друга — бьют, блокируют, уклоняются так быстро, что я едва успеваю следить. Предыдущий бой был грубым и жестоким, но этот больше похож на танец. Возможно, противники просто равны в мастерстве и скорости. Однако, чем дольше смотрю, тем яснее вижу: у каждого собственный стиль.

Смертельная Опасность движется резкими, внезапными рывками, чаще всего нанося прямые удары или быстрые тычки в лицо и шею. Он атакует свирепо и стремительно, а уклоняется так же быстро, как бьет. Учитывая янтарную чешую, покрывающую кожу, думаю, что он какой-то змееподобный фейри.

Но если Смертельная Опасность бьет чаще и быстрее, то удары Монти тяжелее и увереннее. Я жадно впитываю каждое движение друга: как при каждом взмахе под кожей скользят лопатки, как сжимается живот. Сердце замирает всякий раз, когда Смертельная Опасность попадает по нему, но, когда удар наносит Монти, во мне пробуждается совсем иное чувство. Когда после жесткого выпада в челюсть противника кожа на его костяшках лопается.

Восторг.

Тот самый, который я испытала, впервые увидев человеческий город. Впервые оказавшись среди чудес картинной галереи. Или, когда стояла перед этим зданием, сгорая от желания узнать, что скрывается внутри. Или, когда рыскала по лесу в Неблагой форме, выслеживая ничего не подозревающих грызунов и мелких птиц.

Вцепляюсь в перила и наполовину перевешиваюсь через них, больше не думая ни о крае, ни об опасности падения в Благой форме. Зрелище затягивает слишком сильно, чтобы беспокоиться о подобном. Мне хочется лишь рассмотреть все как можно ближе.

Потому что это насилие...

Оно прекрасно.

Произведение искусства. Холст, залитый приглушенными оттенками толпы, забрызганный алой кровью и подсвеченный золотым сиянием спрайтов над головой. А в центре этого шедевра — Монти. Он великолепен. То, как движется. Как наносит удары. Пот на его коже. Кровь на костяшках.

Его руки — не просто руки.

Они божественны, яростны, и все внутри меня горит желанием их нарисовать.

Звенит колокол, и бойцы расходятся, быстро возвращаясь каждый в свой угол. Желудок проваливается от разочарования, пока не осознаю, что это всего лишь перерыв. От нетерпения хочется зашипеть, но зато теперь можно как следует изучить тело Монти, пока Смертельная Опасность не заслоняет обзор. Его грудь тяжело вздымается, когда он осушает стакан прозрачной жидкости. Губы приоткрываются, пока я слежу, как с каждым глотком движется его горло. Из уголков рта сбегают струйки, смешиваясь с потом, блестящим на челюсти, шее и внушительных грудных мышцах. Монти отдает пустой стакан кому-то у помоста, затем разминает шею и встряхивает руками. Поймав мой взгляд, кивает, но теперь в нем куда меньше легкомыслия, чем прежде. Лицо серьезное, линия челюсти жесткая.

Снова звенит колокол, и бойцы возвращаются в центр ринга, тут же бросаясь друг на друга. Перерыв словно придал им новых сил: они с бешеной скоростью обмениваются ударами, ставят блоки и уклоняются, но ни один не может одержать верх и ни один не желает отступать.

Так продолжается еще три раунда. К четвертому оба заметно выдыхаются. Движения становятся медленнее, тяжелее, но силы по-прежнему равны: каждый получает столько же, сколько успевает нанести сам.