— До конца моей жизни, — хрипит он. — До конца моей жизни я получаю это. Я получаю тебя.
— Везучий ублюдок.
— Чертовски, верно.
Его член двигается во мне, словно поршень, пока я обвиваю ногами его талию. Его рука опускается между нами и начинает ласкать мой клитор, пока он склоняется и берет один из моих затвердевших сосков в рот.
— Ты сказала, что нам нужно поторопиться, милая. Так кончи для меня и выжми из меня сперму. Позволь заполнить тебя так, как никто другой. Так, как никто и никогда больше не сможет.
— Твоя, Бо. Я твоя.
— Всегда, — стонет он. — Кончай для меня, Харпер. Кончай прямо сейчас, милая.
И я кончаю. Я сжимаюсь вокруг него ровно в тот момент, когда он изливается в меня, отдавая всего себя, точно так же, как и я отдаю ему всю себя.
34. Харпер
— Всем по бокалу мимозы? — говорю я, когда мы все рассаживаемся.
— Мне не нужно, — бормочет Мия.
— Тебе же можно один, разве нет? — спрашивает ее Ава.
— Не-а, в ближайшие девять месяцев мне нельзя.
О боже мой!
За считанные секунды мы вскакиваем со своих мест, обнимаем друг друга и визжим от восторга.
— Я стану мамочкой, — всхлипывает она, и мы все отстраняемся, чтобы посмотреть на нее.
Мия не из тех, кто проявляет эмоции в нашей компании.
— Это гормоны, — ревет она, и мы все тоже начинаем плакать.
Мы стоим так довольно долго, обнявшись, и у каждой по щекам текут слезы, прямо посреди ресторана, пока большинство посетителей гадают, что же, черт возьми, здесь происходит.
Это безумие.
Это идеально.
В этом все мы.
Бо
Мой телефон вибрирует в руке, и я опускаю взгляд, видя, как приходит несколько сообщений.
ХАДСОН:
Я забираю Мию с завтрака, кому-нибудь нужно, чтобы я захватил и его женщину?
РИД:
Ты серьезно думаешь, будто я позволю тебе забирать мою жену?
ХАДСОН:
Я просто проявил вежливость, придурок.
БО:
Это что, групповой чат?
РИВЕР:
Добро пожаловать. И нет, за Авой заеду я.
БО:
Я заберу Харпер сам. И да, я не сижу в групповых чатах.
ХАДСОН:
Теперь сидишь.
РИД:
Придется, если хочешь выжить с этими девчонками.
Твою ж мать.
ХАДСОН:
Пиво завтра после работы?
РИД:
Я что-то пропустил?
ХАДСОН:
Ничего ты не пропустил, но да, повод есть. Сами все узнаете, когда заберете девчонок.
БО:
Охренеть как загадочно.
РИВЕР:
Хадсон любит пудрить нам мозги. Да, папочка?
ХАДСОН:
Пошел ты.
БО:
Вот поэтому я и не сижу в групповых чатах.
РИД:
Теперь. Сидишь.
— Как прошел завтрак?
— Мия беременна! — радостно выпаливает она, запрыгивая в машину.
Теперь все понятно. Вот к чему были разговоры о пиве.
— Блять, я тоже этого хочу.
Я произношу эти слова быстрее, чем успеваю их обдумать, но уже понимаю, что это чистая правда.
— Ты хочешь ребенка?
— Да, милая. Хочу. — Я хочу наблюдать, как мой ребенок растет внутри нее, и хочу пометить ее самым первобытным способом.
— Ну, сначала тебе придется на мне жениться.
— Я и так планировал. Но почему мы должны быть женаты, чтобы начать пытаться?
— Бо! — смеется она и хлопает меня по плечу, думая, что я шучу.
— Я абсолютно серьезен. Бросай пить таблетки.
Она округляет глаза и смотрит на меня:
— Прямо сейчас?
— Да. Завтра утром, когда соберешься закинуть эту маленькую таблетку в рот, не делай этого.
— Бо, — выдыхает она. — Дети – это огромный шаг. Мы ведь не так долго вместе.
— Мне плевать. Я хочу от тебя детей, я хочу с тобой всего. В любом случае пройдет как минимум девять месяцев, прежде чем он или она появится на свет. К тому же мы знакомы уже много лет. Мы никуда не торопимся.
— Давай я допью эту пачку, и если мы все еще будем этого хотеть, тогда попробуем, — бормочет она.
У меня, блять, сердце готово выпрыгнуть из груди.
— Я люблю тебя, милая. Так сильно, блять.
— И я тебя люблю, Бо.
Господи. Я никогда не устану слышать эти слова.
— Я бы хотела кое-что с тобой попробовать, можно? — мурлычет она после очередного бурного раунда секса.
— Все что угодно, — выдыхаю я ей в волосы, когда она начинает спускаться ниже. — О, — я ухмыляюсь, глядя на нее. — Вот в чем дело. Ты же знаешь, что об этом никогда не нужно просить, милая.
— Это еще не все, что я собираюсь делать, — хихикает она и берет мой полутвердый член в рот.
Я только что кончил, но знаю: не пройдет и минуты, как я снова стану твердым как камень и готовым кончить.
— Блять, милая, ты так чертовски хороша в этом. — Мои пальцы зарываются в ее волосы и направляют ее движения на моем стремительно твердеющем члене.