Я не приписываю себе никаких заслуг в ее успехе. Да, наши отношения, возможно, ускорили этот процесс, заставили обратить на нее внимание раньше, чем это могло бы произойти иначе, но именно ее талант сделал ее имя известным во всем мире.
Я так, блять, горжусь ею.
Она успешная бизнес-леди, потрясающая жена и самая лучшая мама, о которой только могли мечтать наши дети, все трое.
Мой взгляд скользит к дочери, нашей старшей, точная копия своей матери. И по совместительству ее тень. Она унаследовала мамину креативность и каждую свободную минуту рисует и делает наброски рядом с ней. Моя любимая жена, будучи любящей матерью, даже использовала некоторые из ее рисунков в своих коллекциях. Они, конечно же, нравятся мне больше всего.
— Мои любимые девочки, — бормочу я, стоя у двери.
— Папочка! — визжит моя четырехлетняя малышка. Она спрыгивает со стула и бежит ко мне так быстро, как только позволяют ее крошечные ножки.
— А вот и моя любимая Иззи. — Я смеюсь, подхватываю ее на руки и кружу в воздухе.
Да, нашу дочь зовут Изабелла, это дань уважения ее тете и одной из лучших подруг моей жены. Если бы все зависело от нее, наших мальчиков звали бы Мия и Ава. Я даже не шучу.
— Ты сегодня рано. — Я отрываю взгляд от дочери и вижу, как ко мне подходит любовь всей моей жизни.
— Я не хотел бы сейчас быть где-то еще, — шепчу я прямо в ее губы, нежно их целуя.
— Поцелуй меня, папочка, поцелуй! — радостно кричит дочь.
Я покрываю ее личико поцелуями, пока она не решает, что с нее хватит, и не вырывается из моих объятий, чтобы побежать обратно к своему стульчику. Я пользуюсь моментом и притягиваю жену к себе.
— Привет, милая, — хриплю я ей в губы, целуя ее снова, на этот раз глубже, мой язык скользит по ее. — Во сколько близнецы забрали мальчиков?
С Билли и Чарли пришлось немного повозиться, но в итоге они стали именно такими братом и сестрой, которых Харпер заслуживала. А еще сегодня вечером они сидят с нашими сыновьями двух и трех лет. С тремя детьми до трех лет поначалу было тяжело, но я бы ни на что это не променял.
— Около часа назад. Белла тоже скоро заберет Иззи.
У нас выдался редкий вечер только для нас двоих, и я планирую провести каждую его минуту внутри своей жены.
— Гребаные печенья с предсказаниями, — бормочу я, глядя на узкую полоску бумаги в руках.
У нас с Беллой всегда был ритуал брать печенье с предсказаниями, когда мы едим китайскую еду. Моя сестра умудрилась втянуть в это и остальных ребят из нашей компании.
Однако я не помню, чтобы они были настолько, блять, правдивыми, пока не встретил Харпер. Последние пять лет эти нелепые маленькие пословицы били точно в цель.
— Это не значит, что нам нужно заводить еще одного. — Она смеется, сидя напротив меня за столом.
Я снова смотрю на чертову бумажку.
— Шесть лучше, чем пять.
Мы с Харпер обсуждали появление еще одного ребенка. Мы еще молоды, и я хочу лишь одного: снова сделать ее беременной. Мне нравилось наблюдать, как она вынашивает наших детей, нравилось смотреть, как меняется ее тело. Особенно мне нравилось, какой возбужденной она становилась во время беременности.
— Ты знаешь, что мы оба этого хотим. Просто я не хотел, чтобы мне об этом говорил чертов клочок бумаги.
— Ты же понимаешь, что он не предсказывает будущее? Вы с парнями просто помешались на этих печеньях.
— Ты только посмотри! — Я машу рукой в сторону бумажки, которую только что отбросил.
— Это может значить что угодно, — пытается она воззвать к моему разуму.
— Нет, это значит, что тебе нужно поднять свою задницу наверх и позволить мне сделать тебе еще одного ребенка.
— Пещерный человек, — визжит она, когда я бросаюсь к ней, а она несется вверх по лестнице к нашей спальне.
— От того, что ты убегаешь, будет только хуже, милая, — кричу я, бросаясь за ней.
— На это я и рассчитываю!
— Раздевайся, — требую я, входя в спальню. — У меня есть всего одна ночь, когда можно не переживать о том, что в комнату войдет наша миниатюрная копия. Я планирую выжать из нее максимум и глубоко погружаться в тебя следующие двенадцать часов.
— И в какие именно части меня ты планируешь погружаться? — дразнит она, снимая последний предмет одежды со своего восхитительного тела.
— Во все дырочки, милая. Но твоей узкой киске придется принять в себя несколько порций спермы. Я хочу, чтобы к утру ты была беременна.
Она забирается на кровать на четвереньках и виляет передо мной своей аппетитной попкой.
— Чего ты хочешь сначала?
Я с силой шлепаю ее по ягодицам.
— Сначала я возьму вот это, милая, — говорю я, проводя пальцем по ее задней дырочке. Это мое любимое место, чтобы вонзить свой член, и место, куда она часто впускала меня все эти годы.
— Я так и думала. — Она ухмыляется, глядя на меня через плечо, и я шлепаю ее еще раз просто ради удовольствия.
— Ты любишь это не меньше моего. — Я лезу в ящик прикроватной тумбочки и достаю флакон со смазкой.