Я представила, как маленький мальчик проникал на склад и воровал лекарства. Худой, одинокий. Должно быть, жизнь сильно потрепала его, раз ему пришлось так рано повзрослеть.
Засунув руки в карманы куртки, одной ладонью я сжала нож, а второй машинально накрыла карман джинсов, где лежали деньги.
Бес внимательно проследил за моими движениями.
— Отучайся от этой привычки.
— От какой?
— Не накрывай рукой то, что боишься потерять. Так ты сама показываешь людям, где лежит что-то ценное.
Я тут же вытащила руки из карманов, почувствовав себя до смешного неопытной.
— Учту.
Наступила тишина.
— Что ж… Если это все, я могу идти?
— Иди. Первое задание завтра. Нужно забрать противораковые вакцины со склада. В девять жду тебя тут.
— До завтра.
Я подошла к выходу и собиралась спросить, как открыть эту штуку, но шкаф вдруг стал отъезжать без моего вмешательства.
Бес пристально смотрел на меня из глубины помещения, когда я обернулась. Он напоминал притаившегося черного кота — немного облезлого, ободранного псами и тем не менее опасного. Весь его вид говорил: «Этот парень умеет выпускать когти и показывать острые клыки».
Выбежав из ангара, я вдохнула колючий вечерний воздух. Только на пути к воротам пришло осознание, насколько напряжен каждый мускул. Страх проник глубоко под кожу и сидел там, поедая внутренности по кусочку.
Последние месяцы безжалостно и грубо выдернули меня из состояния спячки и бросили в реальность, о которой я не имела ни малейшего представления. Я не могла сопротивляться, не могла остановить несущийся на меня локомотив. Механизм был запущен. Счет пошел на минуты.
Глава 12
Контрабанда стала неотъемлемой частью моей жизни.
Если в первые месяцы миссий я постоянно чувствовала затылком дыхание опасности, то спустя год вечерние приключения стали рутиной. Бывали задания, на которых мы с Бесом не говорили друг другу ни слова, настолько наши действия были отточены до автоматизма. Также благодаря ему я довольно быстро выучила амслен — язык жестов, который знали все, кому предстояло выходить из города, чтобы беззвучно общаться на зараженных территориях. Мы же использовали его для преступной деятельности.
Награбленные лекарства расходились по всем городам. Больше всего в медикаментах нуждались граждане Санве́йла. Из-за работы с удобрениями, ускорителями роста, средствами для борьбы со спорами грибов и насекомыми-вредителями многие имели хронические заболевания. При этом они обеспечивали едой все выжившие территории.
Но в приоритете на получение медикаментов стояли Айронхолд как главный военный бастион Нового мира и Ластхевен, где в лабораториях проводились многолетние эксперименты по уничтожению Кровавой Пыли. Ватерфо́лл снабжал Континент водой и электричеством, а лекарства получал по остаточному принципу. Главы Санвейла и Ватерфолла были, мягко говоря, недовольны. Эта проблема ежегодно поднималась на саммите конфедерации городов, но пока решение не было найдено — черный рынок процветал. А вместе с ним процветали и мы с Надин.
Мы стали жить даже лучше, чем до смерти матери. Холодильник ломился от еды, а шкафы от одежды. Надин была обеспечена таблетками на много месяцев вперед. Я вернулась в секцию Эрана. Денег было столько, что мы не успевали их тратить, поэтому приходилось прятать тысячи дастов в полу под плиткой в ванной.
Скарлетт и Дэнни были уверены, что наше финансовое положение выровнялось потому, что Надин повысили ставку в больнице. Сама же Надин знала, что я занимаюсь чем-то незаконным, но чем именно, ей не удалось выяснить. Расспросы закончились спустя много месяцев ссор, слез и криков. Когда я сказала, что не занимаюсь проституцией и распространением запрещенных веществ, Надин немного успокоилась. Думаю, она догадывалась о контрабанде лекарств, учитывая, что я продолжала работать в сортировочном центре при фармскладе, но спросить напрямую боялась.
Я же чувствовала себя прекрасно — мы ни в чем не нуждались, а воровать лекарства было относительно нетрудно. Мы с Бесом знали все нюансы работы фармцентра, имели запасные планы на любые ситуации и чувствовали себя выдающимися ворами, которым все по плечу.
Эта самонадеянность нас и сгубила…
Еще через полгода острых ощущений не осталось, а желание пробираться в одни и те же склады и лаборатории свелось к нулю. Бесу так и вовсе осточертело почти девять лет заниматься одним и тем же. Он буквально требовал от Чико дать нам более серьезное задание. И тот наконец сдался.
Во вторник в западной части Слоуна должна была состояться передача препаратов агентам из других городов. Одних нас, конечно, не пустили, а приставили в качестве помощников к Чедвику, который обычно занимался доставкой контрабанды.
Я не была в восторге от предстоящего задания. Меня вполне устраивало получать хорошую оплату и лекарства за сравнительно безопасные и не грязные дела. Как Бес ни пытался убедить меня, я всем нутром чувствовала — что-то пойдет не так.