Селектор запускали на экране перед всеми жителями, чтобы показать чистоту и прозрачность системы. За правильным проведением Дня Призыва обязательно следил Теневой боец, присланный академией. И несмотря на это, каждый год находились недовольные, уверенно заявляющие, что все заранее подстроено.
Я почувствовала, как все замерли и затаили дыхание. Пролети муха — ее бы услышали.
В тишине на сцену ступила девушка со светло-русыми волосами по плечи. Точнее, по плечо. Вторая половина ее головы была обрита, и на гладком черепе вилась тату из темно-зеленых лоз.
К сожалению, за шумом крови в ушах я не услышала ее имени.
В обтягивающей черной форме она походила на пантеру, что кралась к своей добыче, а не просто ступала по сцене грубыми подошвами берцев в направлении Брауна. На ее плече переливалась круглая черная нашивка с вышитым серебряными нитями глазом. Точно таким же, как на моем медальоне.
Скарлетт издала вздох восхищения. Настолько громкий, что он привлек к ней несколько взглядов. Мы крайне редко видели Теневых бойцов, поэтому каждая встреча становилась особенной.
Теневой было лет двадцать пять, не больше. Тонкие черты лица, высокие скулы. Не красавица, но благодаря необычному выбору прически и безупречной матовой броне ее образ запоминался навсегда. Увидев ее, из памяти не сотрешь.
Когда Тень приблизилась к Брауну, тот незначительно, но все же стушевался. Разумеется, он знал процедуру, поэтому не подал Теневой руку, а прислонил кулак к сердцу — жест, которым осуществляется приветствие в академии Армори. Девушка ответным движением прижала руку к бронежилету, прямо под небольшим красным треугольником с серой точкой в центре. Это был символ Армори — три стороны фигуры обозначали три сектора, на которых держится мощь академии: сектор Крови, в который входят самые сильные бойцы; сектор Тумана, состоящий из бойцов с диверсионно-разведывательными задачами; и, наконец, сектор Стали — эти бойцы управляют логистикой, оружейным обеспечением и охраной периметра на заданиях. Серая точка отражала Пыль. А цвет свой получила за то, что Армори «сильнее» Пыли, и академия уничтожит ее, превратив в пепел. Поговаривают, что в серую краску для точки в центре треугольника добавляют пепел кремированных бойцов Армори… Вот жуть!
Всю эту информацию я знала благодаря Скарлетт. И пока я разглядывала Теневую, Браун запустил селектор. Я поняла это по внезапно встрепенувшейся толпе. Цифры стремительно закрутились на экране, складываясь одна за другой в пятизначную комбинацию… А вместе с ней, как заведенная, закрутилась и мысль в моей голове: «Только бы не Лиам, только бы не он!»
Толпа застыла, с таким же ужасом, как и я, глядя в экран. Почти каждому из присутствующих было кого терять, пусть даже не из своей семьи: друга, соседа или коллегу по работе.
Цифры остановились.
От страха у меня свело живот.
Экран показал фото незнакомого мне парня. Я позволила себе сделать короткий выдох облегчения.
Люди стали тихо переговариваться, а потом принялись расступаться, образуя живой коридор к сцене и пропуская откровенно щуплого, почти как Бес, парня. В глазах — чистый ужас. Он остановился рядом с Теневой, которая безразлично разглядывала не его, а толпу перед собой. Лицо парня застыло в предобморочной маске.
«Черт, приятель, держись!» — мысленно сказала я, но он совершил большую ошибку — скосил глаза на Теневую. Она не шелохнулась, зато он мгновенно рухнул с глухим звуком. Два безопасника принялись приводить парня в чувства, а Браун, не акцентируя внимания на классической картине Дня Призыва, провел пальцем по планшету в руках и тем самым запустил следующую прокрутку цифр.
Горло перехватило…
Снова незнакомое мне лицо на экране…
Снова выдох.
Опять запуск селектора…
Замирание сердца…
На сей раз выпал номер девушки, которую я знала. Зои — внучка нашей соседки миссис Роуч. Она жила на другом конце города вместе с матерью и училась в другой школе. Пока девушка с розовым каре шагала к сцене, в толпе раздавались душераздирающие вопли взрослой женщины, скорее всего, матери. Ее стали успокаивать. Ропот толпы усилился. Я с трудом проглотила комок в горле.
Женщина продолжала кричать и плакать, а селектор уже выдал новую комбинацию. На экране снова высветилось знакомое лицо. Я открыла рот от удивления.
Ртуть.