На шестую ночь в медблоке произошло то, после чего я не смогла уснуть до утра…
На часах было около полуночи. Я привычно возвращалась из палаты Пейдж, когда услышала знакомый низкий тембр главы Хельма, и замерла.
Голос звучал за закрытой дверью, но под самым потолком находилось узкое окно, через которое в тишине спящего медблока его было отлично слышно.
— …я сказал, чтобы груз ушел завтра ночью. Или я непонятно изъясняюсь?
Мне стоило уйти, однако вместо здравого смысла я послушала любопытство, которое обычно не доводит до добра.
За стеной кто-то ответил, гораздо тише Хельма, поэтому пришлось подойти ближе и прижаться ухом к двери.
— …у нас проблема с поиском свежего товара. Мистер Хельм, нужен новый приток в город. Все больше единиц отсеивается, потому что не проходит по параметрам.
— У тебя на руках документы, что мешает изменить возраст? — холодно отчеканил Хельм. — Снизь при поиске возрастной параметр.
— А как же регистрация в общей базе, если кто-то проверит…
— Никто не будет проверять, — грубо перебил глава города, его голос был пропитан раздражением.
Второй мужчина замолчал.
— Сколько единиц готовы к завтрашней отправке? — спросил Хельм.
— Девятнадцать.
— Должно было двадцать.
— Одна… сорвалась. Устроила истерику. Мы ее… изолировали. На время.
Они говорят о человеке? О женщине?
— Внешний вид не пострадал?
— Нет.
— Тогда включи обратно в партию. Ластхевен требует полный объем, пусть сами разбираются с проблемами.
Я перестала дышать.
— Господин Хельм, мы не успеем подготовить ее должным образом. Она под сильным седативным…
— Не имеет значения, пакуй, как есть, — оборвал Хельм. — Нам нужны деньги, поэтому к следующей неделе найди еще двадцать. Я лично спрошу с тебя.
Возникла пауза.
— И не забудь завтра показать товар Райсу, он должен все проверить.
Услышав имя командира, я открыла рот от удивления. Он работает на главу города?
Послышались шаги.
Я отпрянула от двери и забежала в подсобку напротив кабинета. Сердце грохотало в ушах.
Каблуки застучали в сторону лифта, и спустя минуту второй мужчина тоже покинул кабинет. Раздался магнитный щелчок блокировки двери.
Когда в коридоре все стихло, я вышла наружу и, стоя перед табличкой с именем «Доктор Ш. Тирнан, терапевт», не могла справиться с дурным предчувствием. Все мое естество требовало зайти в кабинет и найти ответы на вопросы.
Они мне не понравятся. Я знала это наверняка.
Второй раз я подслушивала странный разговор, из которого было непонятно, говорили мужчины о товаре или все-таки о людях. Еще и затронули личность Райса.
Интерес взял свое. Я спустилась в фойе, где приглушенные лампы едва освещали стойку ресепшена и дремавшую за ней женщину. Дождавшись, когда охранник, бродивший недалеко от стойки, выйдет на перекур, я стянула из шкафчика мастер-карту, открывающую любую дверь медблока. Ею пользовались уборщики.
Спустя десять минут я сидела в кабинете доктора Тирнана и рылась в столе, подсвечивая ящики фонариком на часах. Среди бумажных документов нашлись только медицинские карты бойцов. В их числе я обнаружила свою карту, куда были записаны все многочисленные травмы, полученные за полгода в академии.
Я пролистала несколько папок и остановилась на одной, самой тонкой и не имеющей никаких подписей. Она сплошь состояла из медкарт молодых девушек от восемнадцати до двадцати пяти лет. Все абсолютно разные — полные и худые, высокие и низкие, брюнетки и блондинки…
Мой пульс взял разбег на дальнюю дистанцию.
Я стала пристально изучать данные: все лица и фамилии были мне незнакомы. Конечно, в других городах служило много девушек-бойцов, которых я не знала, но что-то в их картах навело меня на мысль, что они не проходили службу в Армори. Помимо возраста, были еще странные совпадения — у всех в графе «родственники» стоял прочерк, а разделы с болезнями и травмами пустовали.
Что в военном медблоке делают карты здоровых девушек?
Откровенно дерьмовое предчувствие переросло в ужас, сдавивший горло невидимой удавкой.
Я взяла запароленный планшет и наобум ввела четырехзначный идентификационный номер доктора Тирнана из его документов. Планшет издал щелчок и разблокировался!
Не имея нужных технических навыков, пришлось повозиться, чтобы найти приложение с базой всех пациентов больницы и медблока. Я принялась вводить в поисковую строку имя за именем и предсказуемо не обнаружила ни одного из них.
Что это все значит? Кто все эти девушки? Зачем Хельм планирует отправить их в Ластхевен? Почему называет их товаром?
Вывод был очевиден…