— В правильной позиции даже наименее ценная фигура способна завершить партию. Пешка может превратиться в королеву, ладью, слона или коня, если дойдет до последней горизонтали, и поставить мат. — Бес проскользил белой пешкой по полю, заменил ее королевой и скинул черного короля с доски. — В конечном счете вопрос не в силе фигуры, а в ее месте на доске. Где сейчас находишься ты?
— Я в самой заднице, — невесело фыркнула я и поежилась от порыва ветра из окна.
Бес поднялся и закрыл форточку, оставляя посеревшие тучи грозно взирать сквозь стекло, после взял свою графитовую куртку и протянул мне. Я с благодарностью приняла ее, накинув на плечи. Ткань пахла сигаретным дымом и сандаловым лосьоном после бритья.
— Значит, подходи ближе.
— М? — Я подняла на него глаза, до этого с тоской разглядывавшие серебряные нити квадратной нашивки и белую повязку на плече.
— Говорю, если твоя фигура далеко, подходи ближе.
— Времени слишком мало, — взяв белую королеву, я погладила ее большим пальцем. — Понимаешь, чтобы победить, мне чертовски быстро нужно стать королевой, самой сильной фигурой, но я не успею это сделать. Я собираюсь залезть на игровое поле, где я никому не равна и никогда равной не стану. Я самая слабая фигура на доске, с которой никто не будет считаться, принимая решения о дальнейших ходах. Меня «съедят» первой, когда узнают о моих планах.
— Что будет, если тебя скинут с доски?
Я замолчала и сжала королеву в ладони.
— Тогда все белые фигуры падут.
— Не похоже, что при таком раскладе ты являешься слабой фигурой на доске.
— Они и так падут, но у меня есть мизерный шанс помешать этому.
— И на что ты готова, чтобы этого не произошло?
Я представила, как еще много лет Вайлеторн, Хельм, Райс и другие власть имущие мрази будут использовать женщин в качестве домашних игрушек для извращенцев.
— На все, — твердо ответила я. — Мне нужно стать ключевой фигурой всей партии.
Бес наклонился ближе и безапелляционно отрезал:
— Значит, разрабатывай стратегию. Совершай продуманные ходы. Следи за реакцией. Анализируй противника, его тактику ведения партии. Только так сможешь обыграть гроссмейстера.
Я замерла, глядя, как Бес скидывает с поля все черные фигуры, чтобы убрать их в футляр доски.
— Играй, Скай, — он стрельнул в меня ониксовыми глазами. — Играй каждый день.
В окно застучал дождь.
Переведя взгляд на белую королеву, стоявшую у меня на колене, я задумалась о том, в чем никогда не признаюсь Бесу: я чертовски ненавижу шахматы.
А как победить в игре, которую ты терпеть не можешь?
Глава 45
Из-за того, что Хартганнер и Лурдес уехали по какому-то заданию Кинга, в расписании освободилось пять дней, и я смогла понаблюдать за Райсом, чтобы лучше узнать его.
Каждое его утро начиналось одинаково: он вставал в четыре часа и отправлялся в лес или на беговое поле, где наматывал ровно сорок кругов. Я следила за ним, спрятавшись за трибунами, и не находила ничего интересного или примечательного, кроме того, что он был чертовой машиной, у которой дыхалка не сбивалась даже на сорок первом круге.
После пробежки он возвращался в комнату, затем шел на завтрак, а после отправлялся в отдельный тренировочный зал, куда доступ был разрешен только членам его отряда. К моей неудаче, окна в здании зала находились практически под потолком, поэтому я не знала, чем он там конкретно занимается.
На пятый день наблюдения я решила проникнуть в зал до прихода Райса. Электронный замок на металлической двери я изучила заранее. Энтони раздобыл для меня чип-код и загрузил в мои часы, поэтому я с легкостью разблокировала дверь и зашла внутрь.
Стоило мне пересечь линию из красных светящихся точек на полу, как длинные люминесцентные полосы на стенах и потолке залили зал белым сиянием, создавая иллюзию клетки. Только серый бетонный пол поглощал лучи.
Вау! Это был не просто тренировочный зал, а современный, технологичный комплекс, где было буквально все…
На стене слева висело столько разномастного оружия, что глаза разбегались. Сабли, секиры, даже мечи! Топоры разных размеров и… Ого! Я разглядела огромный стенд с ножами. Такого выбора в зонах общих тренировок не было!
Толстые черные маты устилали почти половину зала. Другую часть, отделенную от основной стеклом, занимали разномастные тренажеры, конструкции с турниками и несколько боксерских груш.
Воздух был чист, я не чувствовала запаха пота или железа, хотя это место так и кричало об опасности и всем своим видом демонстрировало, что создано не для медитаций и йоги.
Долго размышлять, где можно спрятаться, не пришлось. В зале был верхний ярус, состоящий из бетонной платформы по всему периметру помещения, отгороженной металлическими перилами. Я поднялась по лестнице и села в середине яруса за деревянными ящиками — так я могла видеть весь зал.