И все же я не могла заставить себя встретиться с ней взглядом: знакомый груз неудачи давил на меня, лишая голоса. Мне нельзя было доверять контроль над моими силами, я не могла справиться сама. Это было ясно, как день. И, очевидно, даже наш Создатель не доверял мне до конца.
Когда я ничего не ответила, Танез вздохнула.
— Ты любишь Арамаза? — мягко спросила она, пожимая мою руку. — Ты хочешь быть его королевой?
При этом неожиданном вопросе я резко вскинула на нее глаза.
«Конечно, — хотела сказать я. — Он хороший и добрый, и всегда поддерживает меня, стоит мне оступиться.
Но почему-то слова не шли с языка.
Прежде чем я успела ответить, моего разума коснулось знакомое присутствие.
— Барадаз. Ты мне нужна. На одну из эльфийских деревень совершено нападение. Мы должны немедленно прийти им на помощь.
Мысленный голос короля был полон тревоги, словно тень, затмевающая яркий солнечный свет. Я замерла в тревоге, позабыв о разговоре с Танез.
— Кто на них напал? — произнесла я вслух. Танез уставилась на меня; в ее глазах боролись любопытство и беспокойство.
— Мы пока не знаем. Известно лишь, что враг обрушился на них без предупреждения и убивает всех на своем пути. — Глубокая тревога пульсировала через нашу ментальную связь. — Существа, напавшие на них, непохожи ни на кого из созданных нами.
Это казалось невозможным — ведь мы сами и создали всех существ, обитающих на земле Арон-Лира. Игнорируя нарастающее дурное предчувствие, я подала знак Танез.
— Танез со мной, — послала я мысленный ответ Арамазу. — Мы прибудем к тебе так быстро, как только сможем.
После краткого объяснения мы с Аурея Земли приготовились перейти в духовную форму. В тот момент, когда я уже собиралась призвать свои силы, Танез схватила меня за руку; ее лесно-зеленый взгляд был суров.
— Пожалуйста, пообещай мне, что будешь осторожна.
Я знала, что она имела в виду совсем не ту неведомую опасность, что угрожала эльфийской деревне. Оказалось удивительно легко позволить ободряющей улыбке появиться на моем лице и ответить:
— Разумеется.
И это тоже было ложью. Рядом с Белекорозом я никогда не была осторожна. Нет, с ним я всегда была на пике своего безрассудства, шагая в пламя без оглядки.
Чудовище дергалось в предсмертных судорогах; его длинные паучьи лапы вонзались в землю, оставляя глубокие борозды в примятой траве. Острые клыки мерцали кислотным ядом, когда оно издало пронзительный визг. Его глаза, полыхавшие злобой, потускнели и жизнь покинула это гротескное тело.
— Сгори! — громоподобный голос Шаама сопроводил резкий жест руки, высвободив яростное ослепительно-белое пламя, обратившее все в пепел, который тут же развеял ветер.
Эта тварь была из последней волны, атаковавшей эльфийскую деревню. Мтар и Танез работали вместе, чтобы похоронить оставшихся нападавших, заставляя землю содрогаться, пока они смыкали глубокую пропасть, созданную ими для устранения угрозы. Земля застонала и сдвинулась, поглощая чудовищные останки и погребая их под слоями почвы и камня.
Мой взгляд скользнул по окружавшим меня разрушениям и на сердце опустилась тяжесть. Скромные деревянные дома с соломенными крышами сильно пострадали от нападения. Было уничтожено больше половины из них. Между ними лежали раненые и мертвые, а стоны и крики изнутри зданий говорили о том, что многие оказались в ловушке и нуждались в помощи.
Коротко кивнув Арамазу, я присоединилась к Хираз и Намтаз в их попытках исцелить раненых Эльфов. Многие травмы были тяжелыми. Острые клыки и похожие на лезвия лапы жутких тварей оставляли глубокие кровоточащие раны и отрубали конечности.
Потребовалось много часов, чтобы оказать помощь нуждающимся и разобрать завалы, даже с помощью магии. Сила потрескивала в воздухе, пока мы трудились; перья и чешуя мелькали тут и там, когда наши Анимы при необходимости без труда переходили из смертной формы в животную. Моя братия Аурея, как и я, не позволяли себе ни минуты отдыха, борясь за каждую жизнь, которую только могли спасти.
С приближением сумерек, раскрасивших небо в оранжевые и розовые тона, мы собрались на окраине деревни. Хотя следы нападения исчезли, тяжелый запах пепла и крови все еще витал в воздухе, служа мрачным напоминанием о разразившейся здесь битве.
Сегодня присутствовали не все — Энлиаль и Ашур находились слишком далеко в своих владениях Воздуха и Воды, чтобы быстро ответить на призыв. Белекороз не потрудился прийти нам на помощь, что ни для кого не стало сюрпризом.
Угасающий солнечный свет озарил перья величественного беркута и изящного ворона, когда они грациозно приземлились перед нами. Они приняли смертный облик, и их внешность так же разительно отличалась друг от друга, как и их животные формы: Дустан — широкоплечий мужчина-гигант с темно-золотистой бородой, покрывающей твердую челюсть, и Тайшрен — стройный мужчина с тонкими чертами лица и огромными янтарными глазами, чьи длинные темные волосы были собраны в простой узел на затылке.