Возможно, мы обречены постоянно возвращаться к этому и кусать друг друга, пока оба не истечем кровью.
— Курам нужна вода. — Уходя, я отвернулась, не желая, чтобы он видел мою боль. Закрывшись в курятнике, я, наконец, позволила себе расслабиться — сдавленный всхлип вырвался из моей груди, а горячие слезы гнева и разочарования потекли по щекам. Будь он проклят! Будь он проклят за то, что разрушил все мои щиты. Будь он проклят за то, что знал меня лучше, чем кто-либо другой, и говорил правду, которую я не хотела слышать.
Когда я успокоилась, то горько рассмеялась. Ни одно существо из всех творений Всеотца, никогда не искушало и не раздражало меня так сильно, как бывший Бог Тьмы. Положа руку на сердце, неужели я ожидала, что это изменится?
Бейн увязался за мной в надежде на очередную погоню за курами. Я прогнала его и наполнила поилки свежей водой.
Я могла бы использовать свой лирстоун Воздуха и связаться с Танез, чтобы попросить ее о помощи. Но что, если она расскажет остальным членам Совета? Не могло быть и речи о том, чтобы просить о помощи Синклит Десяти. Учитывая то, что рассказала мне Аурея Земли о волнениях в государстве, Арамаз вряд ли стал бы собирать армию из-за пары нападений на фермы. И я не смогла бы им объяснить, откуда мне известно, что Хаос снова пробуждается. У меня и вправду не осталось вариантов, и…
В курятнике не было белой курицы.
Несколько суматошных мгновений я думала, что просто не заметила Тильду среди остальных кур. Безуспешно. Яростный гнев захлестнул меня, когда на задней стенке курятника я обнаружила свежие следы от когтей. На этот раз наш ночной гость не оставил даже пары перьев после своего преступления. Я выскочила наружу, Бейн следовал за мной по пятам.
Наверно, при других обстоятельствах меня бы успокоил тот факт, что Ноктис был в доме и приготовил для нас ужин. Сейчас же я не стала тратить время на то, чтобы ответить на его удивленный возглас, а промчалась мимо него в свою спальню, чтобы схватить лук и закинуть за плечо колчан со стрелами.
Он ждал меня в главной комнате, загородив мне дорогу с напряженным лицом.
— Что ты делаешь? — спросил он, заметив оружие в моей руке.
— Проклятая тварь сделала это снова, — прорычала я. — Мне нужно разобраться с этой гребаной лисой. Раз и навсегда.
Он уставился на меня так, словно не мог поверить словам, слетающим с моих губ.
— Ты хочешь провести ночь на улице, — сказал он, чеканя каждое слово, словно так в них было больше смысла. — Когда одна из самых смертоносных Хиазм, орда Ракашей и черт знает что еще скрываются неподалеку, ты хочешь провести ночь на улице, чтобы поохотиться на лису.
— У меня нет выбора, — огрызнулась я. — Иначе все мои куры погибнут.
Ноктис закрыл глаза и что-то пробормотал себе под нос. Сделав глубокий вдох, он снова сфокусировал на мне свой пронзительный взгляд и потянулся к оружию в моих руках.
— Отдай мне лук.
Я попыталась обойти его.
— Нет.
Этот мерзавец просто поднял меня, словно я ничего не весила, и снова поставил перед собой. Огонь, горевший в его глазах, когда он наклонился ближе, не отпуская моих рук, был столь свирепым, что мог соперничать с темным пламенем, пылавшим в них, когда он еще был богом.
— Отдай мне этот лук, Рада, — прорычал он. — Мы оба знаем, что стрелок из тебя никудышный.
— Я хорошо стреляю, — возразила я, тщетно сопротивляясь его безжалостной хватке.
Ноктис рассмеялся мне в лицо.
— В темноте ты попадешь в этого зверька, только если он будет размером с амбарную дверь. — Резким движением он выхватил лук из моих рук. Я открыла рот, чтобы проклясть его, но вдруг поняла, что он направляется к входной двери, а не в спальню.
— Ты идешь со мной? — спросила я, следуя за ним на улицу.
Он резко остановился перед домом.
— Могу я как-то вразумить тебя, чтобы ты вернулась со мной в дом? — Когда я ничего не ответила, он вздохнул и пошел дальше. — Я так и думал.
— Так откуда нам лучше вести наблюдение? — спросила я, пытаясь сгладить напряжение между нами. Хотя солнце уже давно село, воздух оставался мягким и теплым, пока мы шли через двор.
— В поле за курятником есть возвышенность, — ответил Ноктис, и его бесстрастное лицо не выдало ни малейшего признака того, что он принял мою жалкую попытку перемирия. — Хотя сомневаюсь, что там будет удобно.
Этот несносный мужчина нисколько не замедлился, мне приходилось за ним бежать, потому что мои шаги были намного короче его. Мы устроились на выбранном им месте, и наступила тишина. Ноктис взял у меня стрелу и положил ее на возвышенность, курятник перед нами был отлично виден. Полная луна отбрасывала мягкое свечение на траву.
Когда молчание между нами стало невыносимым, я наконец не выдержала.
— Ты правда злишься на меня за то, что я хочу, чтобы ты помог защитить людей, которые мне небезразличны? — резко бросила я.