Вместе с войсками Людей из Трианнона и Ласгаллена, Эльфы составляли основу сил Порядка. Именно они понесли основные потери в этой войне, ведь атаки Падшего на них всегда были самыми жестокими. Тревога наполнила глаза принца Леандера, когда он взглянул на острые скалы, откуда на нас напали, его красивое лицо под шлемом потемнело. И опасения были оправданы: это место могло стать смертельной ловушкой.
— Я смогу удерживать этот щит столько, сколько потребуется, принц Леандер, — заверила я его, дотягиваясь до разлитого вокруг нас Света и направляя еще больше энергии в причудливо сплетенные нити, чтобы укрепить их. Они засветились слабым золотистым узором, который могли увидеть даже глаза Смертных.
Возможно, я ошибалась. Может быть, нас атаковали Анимы Падшего. Хотя наши меняющие облик духи-слуги и не могли тягаться с Аурея в силе, они все же владели внушительным объемом магии, особенно те, что, как и сам Падший, были развращены Хаосом.
Мое сердце знало, что это очень слабая надежда.
— Хорошо. — Принц вскинул кулак, и его лирстоун поймал солнечный свет во вспышке яркого пламени — еще один знак его благородного происхождения, наряду с искусно выкованными доспехами, украшенными золотым древом. В семьях Смертных такие мощные боевые лирстоуны часто передавались из поколения в поколение, позволяя им видеть магию созидания и управлять ею. — Мы должны ехать в Азераи. Врата этого города Дворфов дадут нам защиту. В его стенах цветет молодое деревце Иггдрасила, сдерживая силы Хаоса.
Это деревце было одним из последних; и его сила угасала с каждым днем. До Азераи оставалось больше дня пути даже на быстрых эльфийских лошадях, но я согласно кивнула, отвлеченная новой атакой. Мне было не привыкать удерживать щит и скакать верхом.
Не обращая больше внимания на принца Леандера, выкрикивающего приказы, я расстегнула пряжку, удерживающую Звездный Огонь — мой прикрепленный к седлу боевой посох с лезвиями. Возможно, мне стоило выяснить весь масштаб грозящей нам опасности. Один из лейтенантов Разрушителя или отряд Ракашей и Троллей не стали бы для меня помехой. Но если я перенесусь на скалы, а там меня поджидает сам Падший…
Я опять потянулась к Свету, вбирая еще больше силы, чем прежде. Лирстоун, инкрустированный в рукоять Звездного Огня, вспыхнул, словно падающая звезда.
Мои исследующие нити-щупальца магии были отброшены с такой жестокостью, что я невольно ахнула. От неожиданного рывка конь встал на дыбы. Я знала прикосновение этой магии так же хорошо, как своей собственной. Тьма сплошной волной заполнила воздух, безжалостно ударив в мой щит. Едва устояв, он выдержал. Свет Звездного Огня потускнел. С каждым залпом стрел и новым всплеском магии призрачные края щита мерцали все сильнее.
По скалам маячили темные силуэты. Стремительные, кошачьи движения и ревущие боевые кличи выдавали в них орду Ракашей. Не то чтобы я обращала на них внимание. Все мое существо было приковано к внушительной фигуре, появившейся прямо надо мной.
На нем были черные доспехи из драконьей чешуи, поглощавшие любой свет, лицо скрывал ужасающий шлем, который он всегда носил в бою, голову венчала корона из черного железа. В ее центре зловеще пульсировал лирстоун.
Я чувствовала его порочное ликование, когда он поднял руку. Темное пламя, переполненное силой чистого Хаоса, вспыхнуло вокруг него; огонь аметистового и изумрудного цвета замерцал на доспехах. Магия врезалась в мой щит и разбила его вдребезги с оглушительной ударной волной.
Голову пронзила дикая боль, из горла вырвался надломленный крик. Он эхом разнесся по воздуху, когда меня выбросило из седла, а Звездный Огонь вырвало из рук. Моя бело-золотая кираса ничуть не смягчила удар от жесткого падения на землю.
Долгое время я смотрела в некогда голубое небо, теперь омраченное нависшими грозовыми тучами. Боль пульсировала в конечностях, пока я с трудом пыталась сесть.
Вокруг меня безраздельно властвовал Хаос. Свист стрел, жуткий треск темной магии и крики умирающих сливались в ужасающую симфонию. И все же мои глаза нашли его.
— Ищешь это, маленькая королева? — голос Падшего сочился снисходительной насмешкой, которую не приглушал даже шлем. Свет преломлялся множеством разноцветных осколков в нескольких оскверненных лирстоунах, которые он держал в руке. — Уверяю тебя, я найду им достойное применение.
Пламя Созидания внутри меня взревело в ответ на его вызов, мечась и огрызаясь, сопротивляясь моей отчаянной попытке держать его силу под контролем. Я прекрасно знала, что высвободить его, позволить ему выплеснуться пылающей волной, уничтожающей все на своем пути, будет просто упоительно.
Лишь на мгновение. До тех пор, пока я не потеряю контроль.
Прерывистый вздох сорвался с моих губ, пока я боролась с собственными инстинктами. Даже ради собственного спасения, я больше не осмеливалась использовать Пламя для разрушения — не после того, что случилслучалось раньше, когда я поддавалась искушению дать ему волю.
Внушительный темный шлем склонился набок, словно его владелец почувствовал мое внутреннее смятение.