Я плотнее запахнула пальто, вспомнив, что под ним на мне только ночная сорочка. Едва ли подходящий наряд для встречи с соседом. Впрочем, Тристана Соммерхальта это, похоже, ничуть не смущало. Его теплые карие глаза сияли, когда он приветливо улыбался мне со своего коня.
Его брат Хендрик завел во двор запряженную лошадьми телегу, доверху груженную картофелем и кабачками. Порша Соммерхальт сидела рядом с ним, и весь ее вид являл собой разительный контраст с жизнерадостностным Тристаном.
В свои пятьдесят с лишним лет Порша железной рукой управляла не только фермой Соммерхальтов, но и обоими сыновьями. Она не посчитала нужным удостоить меня приветствием, лишь поджала тонкие губы, быстро окинув мой наряд осуждающим взглядом острых голубых глаз. Ее седеющие каштановые волосы были аккуратно собраны в тугой пучок, она восседала на телеге, как королева на троне. Темные и пышные юбки ее платья, корсаж которого был украшен замысловатой вышивкой, гордо заявляли о ее статусе обеспеченной вдовы.
— Ты ее увидел, — сказала она Тристану, не скрывая раздражения. — И с ней все в полном порядке, как я тебе и говорила. Теперь мы можем покончить с этой глупостью и поехать дальше в Далат? Мы и так опаздываем.
Тристан проигнорировал мать и спрыгнул с коня.
— Может, у Рады есть на продажу яйца или сыр? — Его глаза лукаво блеснули, когда он окинул взглядом мою одежду, а на губах заиграла улыбка. — Похоже, что сегодня ты не собираешься на ярмарку?
— Нет, после вчерашней бури дел невпроворот, — ответила я, опуская Бейна на землю, когда он заворочался у меня на руках. Кот направился к амбару. — Спасибо, но сейчас у меня ничего нет на продажу. Не думаю, что сегодня будет много покупателей.
Несмотря на его великодушное предложение, я не могла рисковать — никто не должен был входить в дом, пока Ноктис находился в моей спальне. Я слишком хорошо знала Тристана: он всегда настойчиво предлагал помощь и не позволил бы мне носить товар одной.
Тристан вздохнул и запустил пальцы в свои взъерошенные каштановые волосы; его нежелание уходить было очевидным, пока он безуспешно пытался подобрать нужные слова. Я знала, что это моя вина. Я не стала его отталкивать, когда три года назад он проявил ко мне интерес. Он был достойным человеком. Добрым. Трудолюбивым. И весьма недурен собой.
Какой-то хрупкой, уязвимой части меня льстило это внимание, эти простые и милые ритуалы ухаживания Людей. Мы с ним танцевали по праздничным дням в деревне и долго гуляли по сочным холмам, окружавшим мою ферму. Я позволяла ему целовать меня при лунном свете, когда он провожал меня домой после танцев. В одну безрассудную ночь я даже пригласила его войти. Его глаза округлились от восторга, когда я увлекла его в свою спальню. Мне было так одиноко, а иллюзия близости казалась такой соблазнительной.
Благородство Тристана проявилось и в том, что он не затаил на меня обиды, когда несколько декад спустя под надуманным предлогом я отвергла его предложение руки и сердца. Веками я жила во лжи и не могла заставить себя поступать так снова.
— Ты ранена? — Теплые карие глаза Тристана вдруг испуганно расширились, и он потянулся ко мне. — У тебя кровь на платье.
Святой Лир! Должно быть, когда я обрабатывала рану Ноктиса, брызги попали на платье, оставив несколько мелких алых пятен. Я успокаивающе сжала руку Тристана, сохраняя на лице полное спокойствие и безразличие.
— О, это не моя. Просто один из араков испугался и поранился.
— Тебе все равно нужно быть осторожнее, — подал голос Хендрик со своего места на телеге. — На холмах видели Ракашей. Женщине опасно жить одной.
— Я могу за себя постоять. — Я вежливо улыбнулась ему. Хоть ему и не досталось красоты и обаяния брата, но он желал мне добра. Отряд Ракашей — диких человекоподобных тварей с хищными глазами и когтями, которые были самыми преданными войсками Ноктиса во время войны, — представлял собой немалую угрозу для смертной женщины.
— Хендрик прав, — произнес Тристан, все еще не выпуская моей руки. — Старый Виллас вернулся из Расги с тревожными вестями. Нападения идут по всей границе. Говорят, что это не просто отдельные вооруженные группы. Возможно, грядет новая война.
При этих словах внутри меня шевельнулась тревога. Я не верила в совпадения. Время было выбрано слишком точно, слишком удачно и совпадало с внезапным возвращением Ноктиса в мою жизнь.
Хендрик сплюнул на землю.
— Будь проклят Повелитель Хаоса и низвергнут в самые темные глубины Бездны за то, что наслал на нас эту напасть! И будь проклят Синклит Десяти за то, что не остановил его.
Его слова стали леденящим душу напоминанием о том, кто именно сейчас идет на поправку в моей постели, и о том, какую опасность я навлекла на себя своим безрассудным решением спасти Ноктису жизнь. Неизвестно, захотят ли его прежние последователи вернуть его к власти, или же, наоборот, попытаются уничтожить в отместку за то, что он их подвел.