» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 42 из 159 Настройки

Я вообще никогда не оставался с женщинами на ночь, но, когда после секса вышел из ванной, одна только мысль о том, что она попытается так быстро улизнуть, переворачивала мне желудок. И тогда я попросил её остаться. Вернее, умолял.

Но она всё равно ушла.

А теперь она стояла передо мной на коленях, посреди разбросанных повсюду коробок, в неоново-розовых спортивных штанах.

— Сойер? — спросил я, недоверчиво глядя на неё сверху вниз.

Она моргнула. На меня смотрели большие зелёные глаза лани, подведённые серебристым карандашом. Когда по её щеке скатилась первая слеза, я больше не мог, чёрт возьми, этого выносить. Я присел перед ней, взял её дрожащие руки в свои и помог подняться.

Она поморщилась и бросила взгляд мне за спину, туда, где с обеспокоенным видом стоял Дюк. С самого моего появления в баре он только и делал, что сверлил меня недовольным взглядом, но куда больше меня нервировала его жена, Оливия. Она переводила взгляд с Сойер на меня, словно знала какой-то секрет, о котором мне не было известно. Это настораживало.

Сойер ничего не сказала. Она отпустила мои руки и стряхнула грязь со своих до неприличия ярко-розовых спортивных штанов. Затем повернулась к Оливии.

— Прости, я старалась не шуметь.

— Единственное, за что тебе стоит извиняться, это за то, что ты таскала эти коробки, хотя прекрасно знаешь, что тебе нельзя, — сказала Оливия, переводя взгляд с меня на Сойер. — Мистер Монтгомери должен был приехать раньше, но задержался. Прости, Сойер.

— Всё совершенно нормально. Не переживай, — ответила Сойер и уже потянулась за сумочкой. Видимо, та упала на пол, когда она споткнулась. Я наклонился, чтобы помочь, но она успела сама всё подхватить, прежде чем я что-либо предпринял. Затем указала на дверь и выдавила улыбку, которая, впрочем, не смогла скрыть лёгкую дрожь её губ.

— Я, э-э, позвоню тебе позже? Мы можем перенести наш обед.

Оливия выглядела так, будто хотела что-то сказать, но Сойер поспешила к выходу, не дав ей даже попрощаться. Я бросил последний взгляд на владельцев этого чёртова бара и направился следом за ней.

Да плевать мне было на разбросанные вокруг коробки и на важную встречу, с которой я только что сбежал. Всё моё внимание было сосредоточено на Сойер.

— Сойер! Эй, подожди! — крикнул я, но безрезультатно. Она уже садилась в машину. Наши взгляды встретились сквозь лобовое стекло. В ответ на меня смотрел один лишь страх.

Неужели я сделал что-то, что могло так её напугать? Не поэтому ли она сбежала той ночью? Я лихорадочно перебирал в голове всё, что могло бы объяснить её поведение, но ничего не находил.

Я остановился перед её машиной и позвал её ещё раз. Да, я приехал в Пайнкрест по собственным эгоистичным причинам, но ещё и ради неё. Она должна была это понимать.

Сойер замерла всего на минуту, держа руку над рычагом переключения передач, а затем сдала на старой развалюхе назад и рванула прочь с парковки. Мне оставалось лишь смотреть ей вслед.

Я дождался, пока осядет пыль из-под её колёс и затихнет грохот старой машины, удаляющейся по дороге, и только потом вернулся внутрь. Я понятия не имел, что заставило её так поспешно сбежать. Она выглядела так, будто увидела привидение, и я сомневался, что сам выглядел намного лучше.

Если бы не сделка с отцом и не люди, ожидавшие меня внутри, я, возможно, бросился бы за ней. Нет. Забудьте. Я бы точно помчался следом, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, но долг звал. Если я хотел получить хоть какой-то шанс на свободу, мне нужно было в первую очередь разобраться с этим делом.

Эдвард Монтгомери был мелочным засранцем даже в свои лучшие дни. Я до сих пор не понимал, что такого особенного он нашёл в этом городке. Да, он хотел заполучить бывший портфель недвижимости Джона Харта, но зачем? Он мог открыть своё дело в любом маленьком городке Америки. Последние несколько лет он скупал бизнесы и земельные участки в сельской местности. Что такого мог предложить ему этот город, чего нельзя было найти где-нибудь ещё?

Смерть Джона он воспринял как взмах зелёного флажка, словно началась какая-то гонка, которой, чёрт возьми, даже не существовало. Дорогой папочка немедленно прилетел сюда на похороны, надеясь очаровать племянницу Джона, жену Дюка, которой, по слухам, должно было достаться всё наследство. Он решил, что сможет воспользоваться горем семьи и заставить её передать ему активы на миллионы долларов.

Но вместо этого его выставили за дверь, поджав хвост. За годы я стал свидетелем множества отцовских истерик. И даже заработал несколько шрамов в качестве трофеев. Но никогда прежде я не видел его таким разъярённым, как в тот вечер, когда он вернулся из Пайнкреста.