Лив, как и обещала, уже несколько недель занималась подготовкой праздника. До него оставалось ещё несколько недель, но она не выдала мне ни единого намёка на то, чего ожидать. С ней никогда нельзя было знать наверняка. Всё могло ограничиться скромным праздником в узком кругу, как сегодня, а могло превратиться в грандиозное торжество с участием всего чёртова городка.
— А почему ты не рада? — спросила Клео.
Я пожала плечами.
— Мне не нравится быть в центре внимания. А мысль о том, что люди будут сидеть вокруг, играть в какие-то дурацкие детские игры и смотреть, как я распаковываю подарки, совсем не кажется мне весёлой.
— Ну, раз ты не позволяешь мне разгуляться с твоим списком подарков для малыша, придётся устроить вот это, — фыркнула Лив, вытирая руки о полотенце, перекинутое через плечо. — Держи. Больше не могу смотреть на твою жалобную мордашку. — Она протянула мне противень с завёрнутой в фольгу картошкой. — Вынеси-ка это на улицу, ладно? Гриль уже должен быть готов.
Я поднялась и быстро схватила противень.
— О, я бы тебя расцеловала!
— К сожалению, Дюк не любит делиться, но я запомню, — сказала она, уступая мне дорогу. — Иди к своему мужчине.
— Он мне не мужчина, — пробормотала я, направляясь по коридору к задней двери.
Мне даже не нужно было видеть лицо Лив, чтобы понять, что она закатила глаза.
Я и сама себе не верила.
Мы с Беккетом так и не поговорили о том, что между нами происходит. Он сказал, что останется и что мы будем вместе растить ребёнка, но я понятия не имела, как всё это будет выглядеть на практике. Уже месяц он жил в съёмном домике. Насколько я знала, он даже не пытался купить дом или пустить здесь корни. Рано или поздно ему придётся определиться: либо действовать, либо уходить.
А если он всё-таки решит остаться, что тогда? Мы постоянно общались: то засыпали, разговаривая по телефону, то он присылал сообщение и проверял, как у меня дела, пока я была на работе. Мы оба становились смелее, открыто просили о том, чего хотели, и обменивались поцелуями так естественно, словно всегда так делали. Утром он снова это сделал, когда приехал за мной: перегнулся через центральную консоль с самодовольной ухмылкой. Я не смогла удержаться, сама потянулась к нему, даже не успев подумать, и прижалась губами к его губам.
Я понятия не имела, что теперь между нами, но рано или поздно нам всё равно придётся это обсудить.
На улице было теплее, чем в последние дни. К счастью, ветра почти не было, и я вполне могла выйти на солнце в одном свитере и джинсах. Мужчины всё ещё стояли на прежнем месте. Лукас рассказывал очередную историю о каком-то рабочем проекте, когда Беккет заметил, что я вышла из дома.
— Привет, сладкая. — Он направился ко мне, встретив на полпути. Его рука уже потянулась к противню, но я отдёрнула его.
— Что такое?
— Послушай, это единственное, что Лив позволила мне сделать за весь день. Так что я сама дойду до гриля и отнесу картошку, как она и просила, — решительно заявила я.
Беккет попытался скрыть улыбку и жестом предложил мне идти.
— Да не посмею я мешать тебе в твоём благородном походе, миледи. Вперёд, к победе!
— Благодарю вас, добрый сэр. — Я склонила голову, потому что с моим огромным животом у меня ни за что не получилось бы присесть в реверансе. — Так и поступлю.
Я неторопливо прошла мимо Беккета, чувствуя его взгляд на себе. Его внимание было чертовски приятным. Мне хотелось каждого его взгляда, каждого прикосновения, каждого поцелуя всё сильнее и сильнее. Неужели именно так ощущается любовь? Или это просто страсть? Между ними, похоже, была тонкая грань, но я знала, к какой стороне склоняюсь.
Даже если пока не была готова признаться в этом вслух.
— Я принесла вам подарки, парни! — крикнула я, приподняв противень для пущего эффекта. — Ваши первые жертвы.
Дюк забрал его у меня и поставил на столешницу рядом с грилем.
— Ты уверена, что тебе стоит...
— Если ещё хоть кто-нибудь скажет что-то о моём состоянии, я заору, — предупредила я, выразительно прищурившись. — Не испытывай моё терпение.
Он поднял руки в знак капитуляции.
— Принято к сведению.
Я почувствовала, что Беккет стоит у меня за спиной. Тепло его тела проникало сквозь одежду, согревая меня не только физически. Что такого было в этом мужчине, что рядом с ним я просто светилась от счастья? В его присутствии мне хотелось того, чего хотеть не следовало. Того, что, скорее всего, только усложнило бы нашу ситуацию. Но мне было уже всё равно.