В её глазах горит фанатичная уверенность, которая не оставляет сомнений: Клео доведёт расследование до конца. Я не удивлюсь, что, если это действительно её ошибка, драконица себя как-нибудь накажет. Например, принудительным отлучением от любого вида деятельности.

— Всё в порядке, милая, — откликается Мирра, усаживаясь на пока единственную кровать, стоящую у дальней стены, прямо напротив входа. — В конце концов, ничего плохого не произошло.

На этих словах Броваль громко хмыкает, чем отчётливо выражает мнение по поводу нашей встречи драконами.

— Я сказала, меня всё устраивает! — повышает голос Мирра и поворачивается к Клео. — Расскажи, где мы должны были бы жить? И вообще, какие у нас планы?

Пока драконица рассказывает о какой-то чудесной оранжерее, которую строят специально для нас и в которой должны были быть наши отдельные домики, я осматриваюсь. Примеряюсь, где хотела бы расположить свою кровать. И клетку Шуша. После выходки с павлиноглазками я заперла его до окончания брачного периода. От греха подальше.

— Клео, наш багаж прибудет ближе к ночи. Как только портал восстановит магический резерв, — говорю я, заглядывая в соседнее помещение.

Там обнаруживается просторная купальня с большой ванной, выполненной из тёмного мрамора.

— Я очень прошу, внимательнее с клетками наших питомцев.

— Да, и моих павлиноглазок надо доставить в инсектарий, — спохватывается Лери. — И перевозить их надо отдельно от её шушарика!

— Кого?! — удивляется Клео, переводит ошарашенный взгляд с меня на Лери и обратно. —У тебя есть живой шушарик?

— А что такого? — настороженно интересуюсь я.

Возвращаюсь к девочкам, которые уже удобно расположились на кровати Мирры.

— Ты что! — восторженно вскакивает Клео и начинает нервно вышагивать по комнате. — Шушарики, они же лунные мотыльки, в Империи практически вымерли. Надо срочно сообщить магистру Делавир!

Она молнией вылетает в коридор, оставляя нас недоумённо переглядываться. Но не успеваем мы и слова сказать, как этот метеор возвращается.

— Простите! — запыхавшись, бормочет Клео.

Такое ощущение, что она успела добежать до главного холла и вернуться.

— Просто это такая изумительная новость! Ты ведь позволишь восстановить нам популяцию имперских шушариков?

Она смотрит на меня с таким воодушевлением, что я даже отползаю по кровати к изголовью. Клянусь Матерью, эта драконица кого угодно до нервной икоты доведёт.

— Если Шуш будет не против, — ошалело выдаю я.

Мирра и Лери, переглянувшись, заходятся в приступе смеха. Клео, да как и я, смотрим на них непонимающе. А я ещё и с лёгкой обидой. Ну чего они? Я просто очень переживаю за своего малыша.

— Думаю, Шуш будет олунически счастлив! — сквозь смех произносит Лери и поворачивается к драконице. — У него сейчас как раз брачный период.

— Всеединый, да магистр Делавир вас расцелует! — даже подпрыгнув от избытка эмоций, восклицает Клео. — Она очень давно бьётся над возвращением шушариков в империю.

— А чем они так важны для вас? — интересуюсь я, переглянувшись с притихшей Миррали.

По коридору в этот момент проходят наши парни. Значит, отведённые нам полчаса до ужина уже заканчиваются.

— Ну как же, лунные мотыльки считаются посланниками самой Илларии, богини Луны. — Клео в удивлении приподнимает брови.

Она оборачивается к выходу и машет нам ладонью:

— Идёмте, я расскажу всё по пути.

Шустро спрыгнув с кровати, мы втроём следуем за драконицей. Та резво обгоняет остальных ребят, среди которых я вижу и Мигиль с Лиарой. Да, в нашей делегации вместе с нами всего пять девушек, но и этого мы добились с трудом. Альгераль настаивал, чтобы в сопровождении были только парни. Он и Лери-то пустил к драконам со скрежетом зубов.

Все эти нюансы Мирра поведала нам ещё во время сборов. И сейчас, оказавшись в драконовой академии, встретившись с принцем и тем странным студентом, я подумываю, что решение Владыки было не таким уж и плохим.

— Шушарики — они же посланники Илларии, жены Всеединого, — как ни в чём не бывало продолжает лекцию Клео. — Поэтому для нашего народа эти мотыльки священны.

— Это она про твоего Шуша, что ли? — склонившись ко мне, уточняет Ильке.

— Угу, — не размыкая губ, подтверждаю я.

Не хочется прерывать Клео, ведь традиции и верования драконов нам не особо-то и преподавали. А тут такой увлечённый лектор попался.

— В легендах о шушариках говорится, что с их помощью Иллария смогла освободить своего мужа из плена демонического бога Эттора. Воспользовавшись новолунием, малыши шушарики проникли в темницу Эттора и, облепив тело Всеединого, скрыли его от глаз врага. Позволили ему выбраться из казематов. В благодарность Иллария наделила шушариков способностью ненадолго становиться невидимыми.

Мы успеваем дойти до выхода в холл, когда Эрто снова прерывает рассказ драконицы.

— Твой бабник и алкоголик — священное создание?

Скажи он это тихо — я бы и не подумала бы злиться. Но слова Ильке достигают ушей Клео.

— Кто бабник и алкоголик?