Услышав окрик мужа, который быстро подошел к нам, Трушнева тут же сникла и прищурилась. Опустила руку и даже чуть отступила от меня.

Я же выдохнула с облегчением.

...

Дорогие читатели, предлагаю заглянуть в следующую книгу моба "Мама - попаданка"

"Екатерина. Новая звезда рода"

Ника Цезарь

Глава 7

Купчиха окинула меня злобным взглядом и повернулась к мужу.

— Матвеюшка, я шла на примерку платья к портнихе, но решила просто проверить, как тут дела, — проблеяла она медовым голосом.

— Вот и ступай куда шла, — буркнул Матвей Гаврилович. — И не устраивай тут сцен, покупатели могут войти.

— Как скажешь, золотенький.

Трушнев еще раз предостерегающе окинул жену взглядом и снова ушел в небольшую дверцу сбоку. Фимина Ивановна же снова повернулась ко мне, и уперев руки в бока, требовательно спросила:

— И вообще, когда вы съедите от нас, Наталья Алексеевна?

— Вы же знаете, мне некуда идти с детьми.

— Знаю, но вы сами во всем виноваты. До того ленивы, что даже не можете выбить с военного ведомства пенсию на мужа! Отчего вам ее до сих пор не платят?

Слова злобной фурии заставили меня задуматься. А ведь верно, наверняка женам офицеров, которые погибли на войне, должна была полагаться какая-то выплата, или нет? В законах Российской империи этого века я совершенно не разбиралась. Но после выпада Трушневой я загорелась идеей разобраться с этим.

Если мне как вдове положена от государства пенсия, то где она? А если я получу ее, то, возможно, смогу покинуть этот жуткий дом, и эту лавку, и уехать с детьми отсюда.

— Нет, вам просто нравится сидеть на шее у моего мужа и соблазнять его. Постоянно строите из себя жертву, Наталья Алексеевна!

После этого очередного выплеска негатива Фимина Ивановна стремительно повернулась к двери. И так торопливо вышла из лавки, как только позволяло ей это сделать ее чересчур пышное тело.

Мы снова остались с Оленькой одни, и я тут же спросила девочку, знает ли она что-то о пенсии отца? Почему я не получаю ее. Дочка отрицательно замотала головой и ответила:

— Я не помню почему, маменька, но Николенька точно знает. Вы спросите у него, когда он вернется с фабрики.

За целый день в лавку купца пришли всего три покупателя, и, по-моему, это было очень мало. Неудивительно, что купец злился от этого.

Обедали и ужинали мы с дочкой на кухне. Ирина, служанка Трушневых, накрывала по приказу купца в столовой только для Матвея Гавриловича и его жены.

К вечерней трапезе вернулся с работы мой старший сын, точнее сын Натальи Коваль.

Долговязый паренек с острыми коленками и буйной гривой каштановых волос. Симпатичный на лицо и с очень взрослым взглядом. Он поцеловал мне руку, едва вошел в кухню, и сразу сел с нами за стол. Ирина, приветливая девица лет двадцати, положила ему вареной картошки и соленых грибов в тарелку и велела:

— Кушай, работничек. Наверняка тебя сегодня загоняли на фабрике.

.

..

— Ты сильно устал, Николай? — спросила я ласково, обращаясь к мальчику.

— Нет, маменька, сегодня я даже часок отдохнул во время обеда, — он печально улыбнулся мне, отрезая ножом и вилкой картофель и быстро засовывая кусок в рот.

Было замечено, что мальчик приучен есть красиво, как это и полагается по этикету. Ведь Ирина и Оля держали картофелины руками.

— Тебе очень трудно, наверное, может тебе оставить работу на фабрике? — спросила я.

— Как же я брошу? — выразил недоумение Николай. — Вы же говорили, что у Оленьки ботинки прохудились, а у вас нет даже чулок. Дядька Матвей ни копейки вам не даёт. Работаете у него в лавке только за еду и кров.

— Да, сынок, ты прав, — удрученно произнесла я. — Но ты же знаешь, что деваться нам некогда.

— Знаю, но вы потерпите, маменька. Вот скоро мне тринадцать лет будет, меня обещали определить помощником к мастеру цеха, тогда я буду в два раза больше получать. Я уже многое умею.

Слова настоящего мужчины. У меня даже сперло в горле от обиды за мальчика.

— Милый, ты вообще не должен работать, а должен учиться.

— Учиться — это потом, маменька, когда деньги будут. Я батюшке слово давал, что если что случиться, я буду вашим защитником.

После ужина я попросила Николая пройти со мной в мою комнату для разговора. Вторую комнатушку на первом этаже Оленька делила вместе с братом. За Николаем в мою спальню увязалась и девочка, но от Оли у меня секретов не было.

— Николай, я знаю ты устал, но я быстро спрошу тебя, — сказала я. — Не задержу, и ты пойдёшь отдыхать. Присядь.

— Спрашивайте, что вы хотели, маменька, — согласно кивнул мальчик, усаживаясь на табурет у кровати.

— Ты случайно не знаешь, отчего мне, как вдове погибшего офицера, не платят пенсию? Сегодня Фимина Ивановна кричала, что я её не могу получить.

Мой вопрос вызвал недоумение на лице мальчика, но положение спасла Оленька.