Я устраиваю ее поперек своей груди, и ее тепло согревает остывшую кожу. Жена прячет голову у меня под подбородком, и довольный вздох ласкает мою шею.

Она двигается, растирая ладонями озябшую кожу моих плеч и бицепсов. Мои руки находят ее бедра и нащупывают край длинной теплой ночной рубашки. Майя стонет, прижавшись к моим ключицам, а затем поднимается на локте. Наклоняется и виновато целует меня в кончик носа.

— Сегодня утром времени нет, любовь моя, — бормочет она. — Не дуйся. Мне нужно посмотреть новые указы, которые подготовил Сорка. Я сказала ему, что буду там с самого утра.

Порыв ледяного воздуха обжигает кожу, когда жена встает с кровати, высвобождаясь из-под мехового одеяла.

— А тебе нужно разобраться с этими магами, не забыл? Вчерашняя драка вышла из-под контроля.

— Мне нужно, — рычу я, — чтобы жена вернулась в постель.

Майя смеется — звонко, открыто, без тени сдержанности. В каждом звуке, от которого замирает сердце, слышится нежность.

— Тебе все мало, — укоряет она, подхватывает мою рубашку с толстого ковра и бросает ее мне.

— Я тебе об этом говорил, — ворчу я, ежась от холода и натягивая рубашку через голову. — Ты знала, на что соглашалась.

Ее улыбка становится задумчивой, а в голубых глазах вспыхивает нежность.

— Да. Да, знала.



Я оставляю жену с Соркой в зале совета. Пожилой мужчина терпеливо ждет, отведя взгляд, пока Майя целует меня на прощание и обещает найти в обед. Он коротко кивает мне в знак приветствия, а затем жестом приглашает Майю сесть.

По дороге по коридору сердце неприятно сжимается от чувства вины. Сорка — хороший человек.

Он понятия не имеет, что именно я убил его сына. И никогда не узнает. Этот хрупкий мир — неохотное принятие Тундрейном окровавленного Темного Командора в качестве своего проклятого Небесами короля — треснул бы, как слишком тонкий лед.

Это бремя, которое мы с Майей делим, хотя на нее оно давит сильнее. Я вижу это в тени, омрачающей ее глаза, когда Сорка ласково проводит рукой по ее голове, и в едва заметной дрожи ее подбородка, когда она держит Даэку — младшую дочь Сорки и Вайкиса, — с ее до боли знакомыми темно-синими глазами.

— О чем ты думаешь? — переливчатый голос Суры вырывает меня из задумчивости. — Выглядишь виноватым.

Она подстраивается под мой шаг, и наши сапоги тихо стучат по ледяному полу.

— Ни о чем.

Сура бросает на меня взгляд, который буквально кричит: «Вранье», — но не настаивает. Уверен, Майя рассказала ей правду о той ночи в тоннелях, но если Суру устраивает не поднимать эту тему, то и меня тоже.

Солнечный свет льется в коридор, когда двое воинов распахивают перед нами главные дворцовые двери.

— Кого именно мне нужно наказать?

Сура цокает языком.

— В старости память подводит? Я говорила Майе, чтобы она не связывалась с мужчиной на десять лет старше себя.

— Я не на десять…

— Водный маг и земной маг, — перебивает она меня, и ее кривоватая улыбка становится шире. — Вчера они о чем-то поспорили. Все переросло в настоящую драку. В нее вмешались другие воины. Было грязно. Это уже третье нарушение.

— У них проблемы с кем-то еще? Или только друг с другом?

Она задумчиво кривит губы.

— Только друг с другом.

Интересно.

Я приподнимаю бровь.

— Хочешь сама наказать водного мага?

— Нет. Ничего из того, что я пробовала в первые два раза, не помогло. Пошли, они дуются у тренировочной площадки.

Сура ведет меня через заснеженное поле к небольшой тренировочной площадке, зажатой между дворцом и казармами воинов. Снежный ветер хлещет по лицу. Еще месяц — и мы вернемся в более мягкий климат Арбинжа.

В центре тренировочной площадки водный маг и немаг отрабатывают спарринг, а остальные воины образуют вокруг них круг, в равной степени подбадривая и насмехаясь. Тумас наблюдает за тренировкой и выкрикивает указания, пока мужчины кружат вокруг друг друга: немаг вооружен двумя мечами, а водный маг размахивает хлыстом из воды.

Проходя мимо, Тумас отдает нам честь. Я киваю, а Сура показывает ему язык.

За тренировочной площадкой мы подходим к небольшому огороженному участку. На противоположных концах стоят земной и водный маги. Оба энергетических следа резко вздрагивают, когда они понимают, что я пришел назначить им наказание.

Земной маг низко кланяется, и волосы до подбородка рассыпаются вокруг ее лица. Водный маг следует ее примеру, но его поклон выходит жестким и неглубоким.

— Я поговорю с ними по отдельности, — тихо говорю я Суре.

Она кивает и прислоняется к воротам, скрестив руки на груди.

Сначала я подхожу к земному магу. Она нервно сцепляет пальцы и запинается:

— Командир. То есть, ваше величество, я…

— Как тебя зовут?

— Лавиния.

— Расскажи мне, что произошло, Лавиния.

Она скрещивает руки на груди и бросает яростный взгляд на водного мага, который наблюдает за нами, прищурившись.

— Я вызвалась участвовать в обмене магами. Но все оказалось совсем не так, как я ожидала. Ненавижу работать с ним.