Больше всего на свете мне хочется принять ванну с солью Эпсома, но у Рида есть только душевая кабина, а в моей квартире ремонт всё ещё в самом разгаре, так как восстановление магазина стало приоритетом. Благодаря дополнительной помощи в эти выходные мы почти наверстали упущенное. Я никогда не смогу отплатить всем этим людям тем же, но буду вечно им благодарна.

— Умираю с голоду, — говорит Рид, потирая живот.

— Подождите! — окликает нас сзади Элла. Мы втроём замедляем шаг и оборачиваемся. Она подбегает к нам по тротуару; её щёки раскраснелись от холода, и, добравшись до нас, она с трудом переводит дыхание. — Мы тут собираемся компанией в «Лобстерной» — если хотите, присоединяйтесь.

— Еда.

Я усмехаюсь, слыша этот полный отчаяния ответ Рида, и поворачиваюсь к Иззи.

— Нам ведь надо поесть, верно?

Она пожимает плечами.

— Я бы не отказалась от ролла с лобстером.

— Мы идём.

— Отлично, — говорит Элла, пятясь назад. — Увидимся там.

Мы заворачиваем за угол, садимся в машину Рида и едем в «Лобстерную». Когда мы приезжаем, парковка уже кишит народом.

Внутри ресторана мы видим несколько сдвинутых вместе столов; здесь уже собралось большинство тех, кто был в магазине.

Грудь наполняет незнакомое мне чувство. Думаю, это ощущение причастности — чувство, что я здесь своя.

Переезд в Паркервилл стал для меня смелым шагом за пределы зоны комфорта. Это была авантюра, но удача оказалась на моей стороне, и я нашла здесь своих людей.

Рид отодвигает стул для меня, затем для Иззи, а сам садится на стул с другой стороны от меня. Он берёт меню и протягивает его мне.

— Тебе оно не нужно?

Он усмехается, положив руку на спинку моего стула.

— Ангел мой, я был здесь миллион раз.

— Точно, — смеюсь я и поворачиваю меню так, чтобы мы могли смотреть в него вместе с Иззи.

Мы быстро определяемся с выбором: в меню всего около пяти позиций, и каждая — это блюдо из лобстера.

Вокруг царит смех; все эти люди давно знакомы друг с другом. Они заботятся друг о друге так, как я прежде не знала. Я обвожу взглядом стол, пытаясь вспомнить имя каждого.

Вот Тоби, владелец маленькой заправки в конце Мейн-стрит. Минди — домохозяйка и новенькая в нашем книжном клубе; она вступила после того, как Гленда спросила, любит ли та книжную порнушку. Сидевший рядом муж Минди, Джейк, тогда покраснел от вопроса Гленды. Я веду взглядом дальше по столу и горжусь тем, что могу не только сопоставить лица с именами, но и вспомнить какую-нибудь мелочь о каждом человеке.

Впервые я чувствую себя настоящей жительницей Паркервилла. Я обрела здесь не просто дом, а семью.

СОРОК ВТОРАЯ

РИД

ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ.

Я поднимаю кулак, собираясь постучать.

Завтра торжественное открытие магазина-студии, и Виа на взводе, поэтому после работы я заехал за ужином и цветами.

На этой неделе мы виделись редко. Я работал полный день, а она была занята последними приготовлениями к важному событию.

Я до сих пор не знаю, как она назвала это место. Пожалуй, кроме самой Виа, это известно только моему отцу — по иронии судьбы, ведь именно он вешал вывеску над дверью. Вывеску, которая сейчас закрыта брезентом: Виа хотела открыть название только на торжественной церемонии.

Наконец я стучу кулаком в дверь.

С той стороны слышится шорох, и вот она появляется — порядком растрёпанная, но всё равно прекрасная. Её мешковатый свитшот покрыт разноцветными пятнами краски, а из обычно безупречной причёски во все стороны выбиваются пряди. Джинсы, хоть и тоже испачканы краской, сидят на ней идеально.

Я стону. Чёрт, как же хочется провести руками по всему её телу. Моё желание не ослабевает ни на миг.

Её глаза округляются, когда она замечает пакеты у меня в руках.

— Еда! — Она забирает пакеты с заказом и несёт их к новой барной стойке.

Помещение совсем не похоже на то, каким оно было пару месяцев назад. Полы отшлифовали и покрыли морилкой. Старые шкафы — реликты семидесятых — демонтировали и заменили новыми. Серо-коричневый оттенок в сочетании с белой кварцевой столешницей визуально делает комнату намного просторнее.

Мне не хватает того времени, когда она жила у меня, но я уважаю её потребность в собственном пространстве.

Пока что.

Если всё будет зависеть от меня, то кольцо на её пальце окажется очень скоро.

Виа достаёт еду из пакетов.

— Я пропустила обед, — говорит она, убирая с глаз выбившуюся прядь волос. — Не специально, просто была слишком занята тем, чтобы всё было идеально.

— Ангел мой, — усмехаюсь я, снимая ботинки. — Всё и так уже несколько дней идеально. По-моему, теперь ты маниакально вылизываешь каждую мелочь.

Она привстаёт на цыпочки и обнимает меня за шею.

— Спасибо за ужин.

— Пожалуйста. Это тоже тебе. — Я протягиваю ей цветы, которые она до этого полностью проигнорировала ради еды.

Она забирает у меня букет, сияя от радости.

— Ты меня балуешь.

Я пожимаю плечами.

— Завтра у тебя важный день. Просто хочу тебя поддержать.

Быстро чмокнув меня в губы, она убегает искать стакан, чтобы поставить цветы.