Ночи Страха неоднократно получал международные награды за уровень страха и постановку развлекательной программы. Люди съезжаются со всего мира, чтобы испытать тот леденящий душу ужас, которым так хвастается это мероприятие, а с наступлением октября билеты распродаются каждую ночь. Очереди в дома с привидениями могут достигать трёх часов, и я совершенно не понимаю, в чём здесь удовольствие. У мероприятия есть целая армия фанатов: фирменный мерч, форумы, где ещё с конца марта начинают гадать, какими будут дома с привидениями в этом году, и сувенирные стаканы, за которые люди готовы выкладывать по двадцать долларов.

Я всю жизнь прожила во Флориде и успешно избегала этого места, но моя лучшая подруга участвует в его каскадёрском шоу с акробатикой, воздушными гимнастами и таким количеством пиротехники, что ею можно было бы сжечь целый город. Поэтому теперь мне уже не удастся уклоняться от этого вечера.

— Не люблю давить на совесть, но я помню, как в декабре прошлого года ходила на праздничный концерт твоих первоклашек. От их прекрасного исполнения Jingle Bells на блокфлейтах у меня чуть уши не кровоточили. Дом с привидениями вряд ли может быть хуже, — Скайлер закрывает тюбик с косметикой и поворачивается ко мне. — Всё будет легко. Четыре минуты страха, а потом ты окажешься в VIP-зоне на моём шоу. Никаких сюрпризов. Я буду показывать тебе каждого актёра, чтобы ты знала, чего ожидать. Они всего лишь актёры, понимаешь? Такие же исполнители, как и я.

— Только вот нож, который они держат, выглядит настоящим, и они орут тебе прямо в ухо.

— Туда ходят дети. Вчера вечером на шоу в первом ряду сидел буквально десятилетний ребёнок. И улыбка у него была шире некуда.

— Наверное, потому что на тебе потрясающее нижнее бельё, которое подчёркивает твоё горячее тело. Уверена, он был на седьмом небе от счастья. О боже, — Я прикрываю рот рукой. — Как думаешь, кто-нибудь из моих учеников там будет? К чёрту этот дом с привидениями. Самое страшное для меня — случайно встретить кого-нибудь из моих детей за пределами школы.

— Каковы шансы, что кто-нибудь из твоих первоклашек будет гулять после десяти вечера в учебный день? — она смеётся. — Практически нулевые.

— А их родители? Я проводила с этими людьми встречи, на которых рассказывала об успеваемости и поведении их детей в обществе. Они считают меня профессионалом, у которого в жизни всё под контролем. Осудят ли они меня, если увидят, как я хватаю по два алкогольных напитка за раз, лишь бы пережить этот парк и не разреветься?

— Если осудят, значит, сами дураки. Учителя тоже люди, Мэкс, и тебе разрешено заниматься обычными взрослыми человеческими делами.

Я вздыхаю. В этом споре мне всё равно не победить, а обещание есть обещание. За двадцать два года нашей дружбы она столько раз была рядом со мной, что и не сосчитать. Во время расставаний, в тяжёлые дни в школе, когда мне хотелось всё бросить, и в бесконечной изматывающей усталости, которая в наши дни просто сопровождает само существование, Скайлер всегда была рядом. Возможно, чтобы пережить этот вечер, мне понадобится немного жидкой храбрости, но я знаю, что и ради неё смогу выдержать.

— Праздничный концерт был ужасен, да? — я ухмыляюсь. — Один дом, одно шоу — и я ухожу.

Она визжит от восторга.

— Это будет так весело! В этом году шоу просто потрясающее, Мэкс. Я кручуcь в воздухе на воздушных полотнах!

— Моя маленькая сорвиголова, — я щиплю её за щёки и направляюсь к своему шкафу. — Что мне надеть? Джинсы? Юбку?

— Только не джинсы, учитывая, что на улице всё ещё тысяча градусов жары и вокруг ходят десятки тысяч людей. Проклятая Флорида — никакой осенней погоды. О! Как насчёт твоей чёрной кожаной юбки и оранжевого топа, который подчёркивает твою грудь? Очень в духе Хэллоуина и невероятно мило.

— Я что, бойфренда в доме с привидениями ищу? — смеюсь я, находя предложенный ею наряд. — Кстати, в какой дом мы пойдём? Я накладываю вето на всё, где есть клоуны. Ненавижу клоунов.

— В доме на тему праздников есть восьмифутовый клоун, который выскакивает прямо на выходе, когда тебе кажется, что ты уже в безопасности. Это, скорее всего, травмирует тебя на всю жизнь.

— Я едва могу смотреть трейлеры страшных фильмов, а ты хочешь, чтобы я прошла мимо кровожадного клоуна? Ни за что.

— Ладно, значит, этот отпадает, — Скайлер касается пальцами щеки. — Как насчёт дома, посвящённого монстрам из классических фильмов ужасов? Вампиры ведь горячие.

— Звучит так, будто там будут бегать оборотни, — я снимаю футболку, заменяя её топом, и натягиваю его через голову. — Какие ещё дома есть?

— Хэллоуинский популярен.

— Разве они не сняли восемнадцать версий этого фильма? Неужели оригинальных историй больше не осталось?

— Всего тринадцать с половиной ремейков, — Скайлер складывает губы бантиком, демонстрируя ярко-красную помаду. — Как тебе этот цвет? Не слишком ли?

— Слишком не бывает, — я улыбаюсь ей. — Ты выглядишь просто потрясающе, Скай. Как тебе удаётся не смыть весь макияж потом с лица вместе с потом?