Но оно было. Отчего-то этот вопрос не давал мне покоя. Еще с того момента, когда я увидела метку под браслетом Аники. Странно, что я раньше не интересовалась этим. Да, на Шейне всегда были перчатки, я воспринимала их как данность, как необходимый аксессуар для его жизни и тренировок. И мне было безразлично, что под ними. Интересоваться врагом? Вот еще! Даже мысли не возникало показать ему свое любопытство. А теперь вдруг стало важно?

Наконец перчатка сдвинулась достаточно, чтобы я увидела краешек черной метки. Я дернулась, будто наткнулась на что-то острое, прижала руки к груди — и разбудила Шейна.

Ответ я получила, и он мне не понравился. В горле встал комок, который я никак не могла проглотить, а меня словно окутало холодом, несмотря на теплое одеяло и горячее тело за спиной. Во рту появилась странная горечь. А чего я хотела? Чтобы он всегда был моим? Для чего? Ведь в нашей жизни не было ничего хорошего. До сих пор. Но он моим не был и не станет.

В памяти всплыл разговор с Лиамом на крыше Академии. Только теперь его наполняли совсем другие смыслы. Тогда я сочла, что Лиам говорил о будущем, о службе, о присягах. Предназначение определяло всю жизнь Шейна с самого детства, когда его выбрали телохранителем, и спорить с этим было глупо. Но, кажется, существовало что-то еще. Совсем другое предназначение, тягаться с которым смысла еще меньше.

Когда-то и у демонов были истинные пары. Они появлялись все реже, настолько редко, что их перестали ждать или искать. Красивая сказка о любви, больше не имеющая ничего общего с жизнью. У людей таких пар и вовсе никогда не существовало. Может быть, так даже лучше? Лиам был прав. Предназначение куда беспощаднее любых законов, с ним не поспоришь. Иначе Шейн мог бы меня полюбить… Мы не там начали. Не с того. И очень давно. Лиам говорил, что проблема не в Анике, а в предназначении. Но, наверное, и в ней тоже: у нее была такая же метка.

Рука Шейна переместилась мне под грудь — уже не такая безвольно тяжелая, движение было вполне осознанным… и довольно наглым. Я хотела спихнуть Шейна задницей с кровати, но вовремя поняла, что открытий мне на один день, пожалуй, хватит. Лучше не нарываться.

— Снаружи он будет охранять! — передразнила я его.

— Я и охранял, — беспечно заявил Шейн мне в затылок. — Но тебе явно требовалась другая помощь.

— Издеваешься? Это какая же?

— Ты в курсе, что дрожишь во сне?

— Это запрещено? — не поняла я.

Шейн хмыкнул.

— Нет, если вместе с тобой не трясется вся кровать и стена. Такое бывает. Последствия магического ожога.

— У демона? — Я засмеялась. Будь я в другой ипостаси, Ливия не смогла бы даже причинить мне вреда. Я сама себе огонь, к тому же черный. Больше проблем оказалось от человеческого обличия и того, что я, защищаясь от воды, думала только о ней.

— Значит, и у демона, — совершенно серьезно отозвался Шейн.

Я поежилась. Спасибо, что не сдал обратно в лечебное крыло — на это у меня совсем не было времени.

Шейн поднял руку, лениво почесал запястье и натянул перчатку на положенное место.

— Они тебе не надоели? — не удержалась я. — Есть что скрывать?

— Нет. Это счастливые перчатки. Они приносят удачу во имя задницы Шатти.

— Дурак ты, — улыбнулась я. Никто, кроме меня, так не выражался.

— Собирайся, — скомандовал он. — Времени и правда нет. Я постараюсь устроить тебе экзамен завтра.

Полчаса спустя я вышла из его комнаты, на ходу поправляя мокрые после душа волосы. Конечно, ничего не мешало мне высушить их магией, но это был не тот день. Совсем не тот.

— Приятного денечка! — пожелала я ребятам в гостиной, нацепив свою самую обворожительную улыбку. И, гордо выпрямив спину, направилась к выходу.

— Что это с ней? — усмехаясь, поинтересовался Лиам у меня за спиной.

Нейт закашлялся, подавившись утренним кофе:

— Вот же демоническая тварь… Но какая эффектная!

Глава 34

Я услышала, как следом за мной в гостиную вышел Шейн. Как раз вовремя, чтобы посмеяться вместе с Нейтом. Не знаю, где он прятался, пока я приводила себя в порядок, но мог бы посидеть там еще минут пять, чтобы я успела уйти. Он будто специально решил показать, что мы встали одновременно и в одной комнате, и что-то в этом меня по-прежнему раздражало. Мне претило снова оказаться чьей-то собственностью, даже если этот вариант прельщал гораздо больше. При всех своих недостатках Шейн хотя бы честно отвечал на мои вопросы. Или отказывался отвечать. Но не лгал. Скрываться ото всех мне не хотелось. В конце концов, ничего плохого я не сделала, Шейн сам притащил меня сюда. Но не отпускало мерзкое ощущение, что я присвоила нечто чужое, и однажды мне за это здорово отомстят.

Убравшись из гостиной, я перешла на медленный шаг. Свет в коридоре не горел. Я брела по коридору, опустив голову и стараясь прислушиваться к разговору позади. Обсуждали меня, а я хотела знать, что они думают на самом деле.

«Наивная, — мысленно одернула сама себя. — Они и друг другу правды не говорят».