Я была готова поклясться, что не забуду его взгляд до конца своей жизни. Словно Шейн и в страшном сне не мог представить, что я сделаю нечто подобное. На его лице застыло чистейшее изумление. Несколько долгих секунд ничего не происходило, и я почти убедилась, что ошиблась, но тут его желтые глаза принялись темнеть. Их будто обволакивало что-то тягучее. Опасное. Я почувствовала, как руки Шейна крепко сжали мою талию.

А вот теперь пришла пора очень быстро бежать!

Я дернулась и слетела с кресла, только чудом удержавшись на ногах. Выпрямилась, ощущая, как заходится сердце.

— Не провожай, — улыбнулась я Шейну и быстрым шагом покинула комнату, гордо постукивая каблуками.

Гостиная опустела, но мне и не требовались свидетели. Щеки болели от широкой улыбки, которую я не собиралась скрывать. Шейну понравилось играть на моих нервах, на моем смущении, на моей неопытности. Понравилось лишать меня опоры под ногами. Только что я сделала маленькое, но потрясающее открытие: в эту игру можно играть вдвоем!

Глава 17

На следующее утро я снова подскочила рано, задолго до начала первой пары. Собралась, не дожидаясь, когда встанет Ливия, и выскользнула из комнаты. Академия только начинала просыпаться, так что мне почти никто не встретился. Уже через несколько минут я бродила вдоль стены в одном из коридоров первого этажа, ожидая, когда кто-нибудь откроет проход. Звонка или ручки я, конечно, не обнаружила, а стучаться в стену было глупо. Увидит кто-нибудь из простых адептов — решит, что я сумасшедшая. Аудиторий в этом углу не было, рядом находился только спуск в подвал. Удобное место, внимания оно привлекало мало. Снаружи же здание Академии выглядело одинаково со всех сторон. С улицы практически не удавалось определить, где какое крыло. Такой эффект тоже обеспечивался защитными заклинаниями, чтобы враги не могли угадать, куда бить.

Пока я размышляла, стена передо мной пришла в движение. Я бросилась к открывшейся двери, надеясь, что меня пропустят. В конце концов, если там и в самом деле не осталось никого, кроме четырех драконов, которых я видела вчера, то меня можно считать практически своей.

Не прошло и секунды, как я угодила прямо в объятия Шейну. Он и не подумал посторониться, наоборот, руки успел расставить. Поймал меня за плечи. Вид у него был растрепанный и немного сонный, свободная рубашка даже отдаленно не напоминала форменную, а на руках красовались излюбленные перчатки.

— Передумала? — приподнял левую бровь Шейн.

— Ой, Шатти тебе в зад! — огрызнулась я и добавила: — Заниматься пришла.

Он что, серьезно всю ночь только о моих словах и думал? Или о поцелуе? Бред какой-то!

Я покрутилась, демонстрируя хорошо облегающий спортивный костюм. Вчера я получила запасную и спортивную форму. Правда, мне вовремя пришло в голову обмануть коменданта, назвав размер одежды поменьше. Зато форменные рубашки теперь сидели на груди так, как Анике и не снилось.

— Рано, — отмахнулся Шейн. Но придирчивым взглядом меня все-таки осмотрел.

— Конечно, — согласилась я. — А иначе пары начнутся и до вечера всем будет не до меня. Чем вы вообще занимаетесь на своей подготовке к присяге?

— Готовимся, — поморщился он.

Потом все же посторонился, пропуская меня внутрь.

— Ты разве не собирался куда-то идти? — удивилась я.

— Нет, просто почувствовал твое неземное притяжение за дверью.

Я громко фыркнула и вернулась к допросу:

— И к чему готовитесь? Буквы клятвы читать?

Шейн проигнорировал насмешку.

— Пожалуй, — оценил он, — это последнее, что я хотел бы обсуждать с тобой.

— Почему?

— Потому что это не тема для шуток. До присяги даже доживут не все.

— Не все из четырех?

— Не все из четырех.

Я прикусила язык. Кем он меня вообще считает? Не стала бы я шутить на такую тему, если бы знала. Да и в его голосе я не слышала издевки. Значит, не солгал. А ведь я и в самом деле ни разу не спросила, чем он был занят до того, как меня посадили ему на шею.

— Обманываешь? — наивно уточнила я. Наверное, мне захотелось, чтобы он подтвердил.

Но Шейн остался серьезным.

— Зачем это мне?

Я пожала плечами.

— В любом случае у меня сейчас игра на полигоне, и тебе придется подождать до ее окончания, — пояснил Шейн.

— Что за игра?

— Не такая, о какой ты подумала.

— Ничего еще и подумать не успела, — возмутилась я.

— Вот и не думай, — посоветовал Шейн. — Не напрягай свою красивую голову, Мышка.

— Чего?

Если бы челюсть могла отвиснуть до пола, она бы это сделала.

— Ничего, — он улыбнулся одним уголком губ.

— Тогда я тоже пойду посмотреть на игру.

— Нет.

Я моргнула, ожидая продолжения. Хоть какого-то пояснения, но его не последовало. Шейн вообще выглядел так, словно разговор закончен.

— Нет? И все? Просто нет? А причина?

— Нет, — повторил он. — И все. Ты до сих пор не научилась понимать, что такое отказ?

— Приличные люди хотя бы пытаются как-то пояснить…

— Польщен, — хмыкнул он.

Я заткнулась, подумала и на всякий случай уточнила: