Вышла, не скрываясь, чтобы сразу обозначить свое присутствие. Место напоминало смотровую площадку, только давно заброшенную. Странно, что ею не пользовались: отсюда открывался изумительный вид на столицу. Грязь, засохшие потеки и облупившаяся краска на железных перилах выдавали ненужность этого места.

Лиам стоял, облокотившись на перила, и всматривался в вечерний город, в котором еще копошилась жизнь, горели огни, а ветер разносил шум людных улиц. Лиам не повернулся, но его поза перестала казаться такой расслабленной, как в первый миг. Он будто готовился отражать нападение. Я громко фыркнула. Противник из меня плохой, только когтями бить и умею, а лучше бы — огнем. То есть, огнем-то я тоже могу, если заставить, только потом пожар тушить придется. Мне тренироваться лучше на открытой местности и подальше от возможных жертв.

— Расслабляться рядом с тобой тоже трудно, — доложил Лиам и грустно усмехнулся. Я встала рядом с ним, продолжая любоваться на город.

— Концентрироваться сложно. Расслабляться сложно. Что-нибудь со мной легко?

— Подраться? — предположил он.

— Точно! Легко избить слабого.

— Не в этом дело, — неожиданно серьезно ответил Лиам. — Просто ты вызываешь странные ощущения. От тебя так и исходит Тьма.

— Это я уж точно не переделаю.

— Ошибаешься. Это пройдет, когда получишь полную силу. Сможешь легко контролировать магию.

— Откуда тебе знать об этом?

Лиам глянул на меня с ехидной, но беззлобной улыбкой и снова отвернулся.

— Возможно, однажды это станет частью моей работы, — пояснил он. — Взаимодействие магических видов.

— Разве ты не должен стать телохранителем? — удивилась я.

— У меня есть выбор, — терпеливо ответил Лиам. — Мне придется заменить Шейна, если он, скажем так, не дойдет до присяги. Мое обучение не хуже, но есть один минус. Хотя я склонен считать его плюсом.

— Отсутствие привязки к хозяину.

— Верно. Если Шейн справится, то мои услуги будут не нужны.

— И что потом?

— Потом… — Он помедлил. — Потом я получу другие предложения. От тех, кто будет готов платить за мои навыки.

В его голосе мне слышалось нечто мечтательное.

— Звучит так, будто ты уже знаешь, какое предложение получишь.

— Не знаю, но позволяю себе надеяться. Любая служба для меня будет опасной, хоть и интересной. Чтобы быть готовым погибнуть ради нее, нужно любить ее. Боготворить, как свою истинную пару.

— Надеюсь, что твоя пара тебя найдет, — от всей души пожелала я.

В голове крутилась какая-то идея. Признаться, довольно гнусная, но когда меня это останавливало?

— Слушай, — не выдержала я. — А ведь Анике я тоже концентрироваться мешаю?

— Тревогу ты вызываешь у всех драконов. Так это Аника тебя волнует? — засмеялся он.

А я смутилась.

— Не об Анике тебе надо думать, — грустно улыбнулся Лиам, — а о предназначении. Иногда оно определяет все.

— В каком смысле?

— Разберешься сама. Не хочу, чтобы Шейн оторвал мне голову за то, что много болтаю.

— Признаешь, что он сильнее? — ехидно прищурилась я, повернувшись к нему.

— Нет, — снова засмеялся Лиам. — Только то, что он заинтересованная сторона.

Лиам протянул ко мне руку раскрытой ладонью вверх. На ней лежал прозрачный ледяной цветок с тончайшими лепестками. Я взяла его, стараясь не дышать, чтобы случайно не разрушить красоту, но цветок таял слишком быстро.

— Жаль, что я такого не умею.

— Знаешь, почему в телохранители чаще всего берут водных магов, в идеале еще и способных управлять льдом?

— Потому что они бесчувственные кретины? Ой, извини.

— Нет, — усмехнулся он. — Потому что у них быстрая защитная магия. Ледяная стена — не самая прочная в мире штука, но мы и не говорим об осаде. Только об уверенности, что нечто остановит летящий в тебя клинок в любой момент.

— Я не умею защищать. Да и учиться буду только нападать, — пожаловалась я.

— Именно, — кивнул Лиам, и я удивленно посмотрела на него. — Огонь живой, он создан для действий.

— Несет и несет, — пробурчала я.

— Ты не видишь своих сильных сторон. Действуй, Огонек. Не жди, что стены начнут рушиться сами. А то упустишь момент навсегда. Ты знаешь, чего хочешь. Придется взять самой.

— Говоришь так, словно прожил парочку жизней.

— Может, так и было? — грустно усмехнулся он.

На меня смотрели печальные глаза взрослого, у которого отняли детство.

Глава 21

Весь следующий день Ливия вела себя так, словно меня не существовало, хотя большую часть времени мы провели в одной комнате. Ее семья жила где-то далеко от столицы, а поездки домой ее отец не оплачивал и не поощрял: там Ливию ждали только с предложением брачного договора. Странно, что ей и самой хотелось выйти замуж. У нее не возникало ни внутренних противоречий, ни бунтарства. Она даже диплом не собиралась получать, чтобы не тратить в Академии лишние годы.