Снова тяжко вздохнув, он принялся рассказывать, что получил карту от старшекурсника, для которого в прошлом году писал рефераты. Очень гордился, что наконец-то попадет на праздник для самой элиты академии. Но некий Дерек с прихлебателями решили поиграть его заплечным мешком в вышибалы. Пока швыряли его друг другу, тот порвался, и карта выпала. И вот теперь Мэтт никак не мог ее найти.

— Без света тут без шансов.

— Но если нас увидят, и Дерек узнает, что карта у меня, он ее просто отберет.

Пока я шла через парк, вроде никого не видела. Но мало ли.

— Давай я поищу все-таки с огнем, а ты карауль дорожку. Увидишь Дерека, свисти.

На том и условились. Мэтт пошел высматривать, не идет ли кто. А я снова создала светящийся шарик и стала искать карту. Заметив серебристый отсвет, полезла в сухую листву. Ага, вот ты и нашлась!

Мэтт разве что не прыгал от счастья. И я после такого поняла, что просто обязана пойти на праздник. И неважно, что там подумает Элой, пусть хоть трижды решит, что я пришла исключительно ради него.

Мы договорились с Мэттом встретиться здесь же после отбоя и пойти к старому колодцу вместе. Я пока не очень хорошо изучила академию, и где находится этот старый колодец, представляла смутно. А вот мой новый знакомый знал наверняка.

Распрощавшись с Мэттом, я побежала дальше. Предвкушая интересный вечер, даже забыла о накопившейся за день усталости.

Вот только библиотека, как выяснилось, была уже закрыта.

Глава третья

Сандра

Я не знала, смогу ли выбраться из общежития после отбоя. Мало ли какие там замки! Поэтому решила подождать снаружи. Выбрала неприметную лавочку в парке и, вытянувшись на ней в полный рост, смотрела, как в обрамленном листвой небе зажигаются звезды.

Не верилось, что я наконец-то была в академии. И сегодняшнее утро казалось бесконечно далеким. Перед глазами поплыли воспоминания. Вот я перелезала через забор, вот спряталась в почтовой телеге среди мешков с письмами, вот неслась со всех ног к портальной станции.

Внутри было не протолкнуться. Потоки людей направлялись к гигантским, светящимся голубым зеркалам, соединявшим империю в единую сеть.

Сжимая в руке билет до Линбурга, я протискивалась между другими пассажирами, провожатыми и бесконечными чемоданами, сундуками и котомками. А за мной по пятам следовали люди Сенлера, нанятые им мордовороты, которых легко было узнать по бритым макушкам, возвышавшимся над толпой. Я торопилась и отчаянно маневрировала.

И вот я почти достигла портала. Уже протягивала билет проводнику, как кто-то схватил меня за штанину.

— Дочка, — раздался дребезжащий голос. — Дочка, помоги.

Я резко затормозила, едва не поскользнувшись на мраморном полу, и развернулась. У моих ног сидела бабушка, закутанная в плотную шаль. Рядом валялись ее клюка и сумка, из которой высыпалась всякая мелочовка, вроде щетки для волос и пудреницы. Похоже, женщина упала и не могла подняться сама.

— Осторожно, портал закрывается, — напомнил проводник за моей спиной.

Заметив, что мордовороты все ближе, я подхватила женщину под руку.

— Давай, бабуля! — воскликнула, помогая ей подняться.

Затем нырнула вниз, вручила ей клюку и принялась судорожно собирать рассыпавшиеся вещи. Запихнув их в сумку, потащила бабулю за собой. Втолкнула через зеркало сначала ее, а потом полезла сама.

Порталами я прежде не пользовалась, и, наверное, положено было испугаться. Первый раз все-таки. Но я была так взбудоражена бегством, что не успела осознать, как все уже закончилось.

Вместе с бабушкой мы оказались на совсем другой станции. Мрачной, из темно-серого камня, где портал был всего один и превратился в пустую арку. Сомнения, что это не Линбург, подтвердились, когда проводница поприветствовала нас в Аренгое. Она же сказала, что портал до столицы откроется только послезавтра.

Вспоминая ужас, который я тогда испытала, я вздрогнула. И все же, перебирая в голове события, не могла понять, как я могла перепутать порталы. Я же бежала к тому, на который указала кассирша, и бабушку втолкнула именно в него. Уверена, что в него. А вышла почему-то не в Линбурге, а здесь. Бабушка потом поблагодарила, что я провела ее до дома, и попросила внука подвезти меня до академии. То есть она-то прибыла по назначению, а вот я… Как я могла так ошибиться?

Часы на главной башне пробили девять. Я поднялась и, поправив форму, отправилась к месту встречи с Мэттом. Внутри зудело от любопытства. У нас в пансионе самовольных праздников никогда не устраивали. Девочки были на редкость послушные, и подбить их на какое-нибудь приключение было почти невозможно.

Мэтт появился вовремя, и я обратила внимание, что он сменил курсантскую форму на обычные рубашку и брюки, а волосы прилизал. Эдакий кавалер перед свиданием. А вот я совсем не подготовилась, даже не причесалась. Ну ладно, надеюсь, там не придираются к внешнему виду.

Вместе с Мэттом мы добрались до старого колодца. На бортике сидел щуплый паренек со страдальческим выражением на лице.

— Ему поручили проверять пропуска, — шепотом пояснил Мэтт. — А внутрь не пустили.

Да уж, расстроишься тут. Интересно, кто решал, кому приходить?