— Прошу… — сказал третий советник, отходя от постамента.

Мы с ректором приблизились к артефакту.

— Что нужно сделать? — полюбопытствовала я.

— Просто уколоться, — улыбнулся Аиричи. Он первый положил указательный палец на иглу и немного надавил.

Я с осторожностью поступила точно также. Острие воткнулось в нежную кожу. В целом, это было не больно.

Фауст убрал руку. Я тоже. Мы смотрели на окровавленные острия, кончики которых начинали легонько светиться. Вскоре сияние усилилось. Два тонких энергетических жгутика, исходящих от иголок, принялись сплетаться в затейливый узор, образуя форму шара.

Он все разрастался, ослепительно мерцая. Я зажмурилась и отвела глаза, чтобы не ослепнуть.

Император, Фауст и Монро внимательно следили за происходящим, а вот принц что-то неслышно шептал. Его пальцы быстро складывались в разные фигуры.

Наши взгляды столкнулись. Дерек на мгновение замер.

— Молчи. — Сказал принц губами.

Внутри меня все похолодело. Я повернулась обратно. Шар вдруг озарился алым.

— Увы, Аиричи, — протянул Монро, — керисса Корделия тебе даже не дальняя родственница.

У меня подкосились колени. С большими усилиями я осталась стоять ровно, жадно глотая воздух.

«Это принц! Он во всем виноват! Это он сделал!!!», — кричали мысли, бешено проносясь в голове. Я снова посмотрела на Дерека. Тот сидел, как ни в чем не бывало. Он лениво разглядывал люстру, будто на ней есть что-то интересное.

Будь моя воля, я бы его туда повесила!

Его Высочество на мгновение скосил на меня глаза и покачал головой. Тонкие губы неслышно сказали мне: "Не смей". 

Мне хотелось кричать о происходящем, но липкое чувство страха, охватившее душу, призывало к молчанию.

Лицо Фауста Аиричи осунулось и даже немного постарело. Смотреть на него одно мучение. Его рассеянный взгляд мазнул по мне.

— Спасибо за оказанную услугу, Гарольд, — проговорил с грустной улыбкой ректор. — Спасибо, — это было обращено к Монро. Брюнет кивнул. — Пошли, Корделия. Нам пора возвращаться в академию.

Произошедшее настолько выбило меня из колеи, что я даже забыла попрощаться. Мы в полной тишине покинули светлый зал. Фауст стремительно проносился по коридорам. Я семенила следом.

Наконец, не выдержав, начала:

— Я должна вам кое-что сказать!

— Потом, Корделия, все потом. Чуть позже, пожалуйста… — торопливо проговорил ректор, даже не посмотрев на меня.

— Керис Аиричи! — прогремело на весь коридор. К нам быстро приближался принц. — Мне нужно поговорить с вами, — уверенно заявил он, а после добавил, взглянув на меня, — наедине.

— Это очень срочно? Корделия устала, я хочу вернуть её обратно.

— Очень. — Заверил Его Высочество. — Думаю, керисса Даас сможет доехать до академии самостоятельно. Она ведь не в открытом полете?

— Не в открытом, — протянул Фауст. Он посмотрел на меня. — В таком случае до встречи, Корделия. Я отправлю туда сигнал. Тебя будут ждать.

— Хорошо. — Сухо отозвалась я. Все мои планы катились коту под хвост! Мне хотелось поговорить с ректором, а Дерек все обломал.

Не думала, что буду ненавидеть кого-то сильнее, чем Ноа. Я готова поклясться — принц все подстроил. Но зачем ему это?

По коридору разваливающейся походкой шел лакей, тучную фигуру которого я узнаю из тысячи.

Майоли!

— Майоли, — позвал принц. — Проводи девушку к выходу.

Брови слуги сошлись на переносице, но, когда он разглядел меня, то тут же просиял.

— С радостью, Ваше Высочество! — он аж подпрыгнул от переизбытка эмоций. Подбежал ко мне, улыбаясь. — Корделия! Вот так встреча! Пошли, душенька, пошли же!

— Здравствуй! — выдохнула я, обнимая его. К этому моменту принц и ректор уже развернулись и отошли от нас.

— Ну-с, рассказывай! Как дела у тебя?

«Плохо. Но об этом ему знать незачем».

Керис проводил меня до выхода. По пути я рассказала ему обо всех положительных моментах, что приключились в моей жизни за время отбора. Особенное внимание уделила Льюису.

— А он богат?

— Совсем нет. Он сирота, как и мы. Вы его разве не знаете? Он ведь паж принца.

— Паж? — воскликнул Майоли пораженный. — Знать не знаю о таком. Ты ничего не путаешь, девочка?

Вот тут я вовсе выпала в осадок.

— Ничего. Всё так.

— Опиши-ка мне его!

Я быстро рассказала о его внешности, на что получила ещё более озадачивающий вердикт:

— Таких среди слуг нет.

У меня сейчас голова взорвется!

— Ладно, душенька, ты иди. Быть может, я под старость лет чудить начал. Да не трясись ты так!

Он открыл передо мной дверь.

— Счастливой дороги!

— До свидания!

Мы обнялись и неохотно отстранились друг от друга. Я сбежала по ступенькам и прыгнула в карету, постучав по стенке. Кони заржали и принялись разгоняться.