— Вот это разговор, — одобрил Корш, и уголки губ у него дрогнули впервые за утро.

На второй этаж мы забрались по приставной, и начальник на всякий случай сунул спящей Тележке под нос запасенный заранее небольшой гриб.

Перегородок тут пока нет, и разметку, которую я до сих пор держал в голове, пришлось чертить углем прямо по плите, а Корш шел следом и переносил ее к себе на дощечку.

— А свинье где? — осведомился он, примеряясь угольком к пустому углу.

— Она уже выбрала, — я кивнул на постель.

Будить ее я пожалел и лишь почесал за ухом на прощание, и свинка проворчала что-то сквозь сон да отвернулась к стене. Кормежку ей Корш наверняка рассчитал, так что голодной она тут не останется, скорее наоборот.

— Вокруг трубы, где она пройдет через этаж, никакого дерева ближе полуметра, — спохватился я. — А перегородки рядом с ней только из кирпича.

Эту строку Корш для верности обвел рамкой, а я тем временем подергал за перекладину шаткую стремянку у люка.

— Сюда тоже нормальную лестницу, а сверху будку из кирпича, чтобы с крыши через проем не лило. Дверцу в нее потяжелее.

— Будку на Хорга? — Корш покосился вниз, откуда доносится постукивание мастерка.

— Его до вечера не трогать, — поспешно возразил я. — Он, когда печь кладет, кусается.

— Всё слышу! — донеслось снизу, и мастерок на миг затих. — Стурм пусть накидает, у меня тут своих рядов хватает.

У окна я отогнул край тряпки, и в комнату полез холодный белый свет.

— Ставни нужны везде. Подоконники внутри из доски, а снаружи бетонный отлив с уклоном от стены и желобком снизу, чтобы вода капала, а не текла по облицовке.

— Кишкой окно закрыть? — Корш перехватил уголек поудобнее.

— Не, может стекло придумаем. — поморщился я, — Хотя… Можно затянуть вощеной бумагой пока.

Корш медленно опустил руку, и я тут же признался, что пошутил, листы он мне и на чертежи отсчитывает с болью в сердце.

Проемы под ставни он обмерил сам и записал каждый отдельно, хотя делали их по одному шаблону, а на мое замечание наставительно сообщил, что одинаковыми они только кажутся.

— И пол не трогать, — договаривал я уже по дороге вниз, нащупывая ногой перекладины. — Ни засыпать, ни стелить, под ним еще трубы пойдут и проводка. Бросьте пока поверх доски, чтоб по грязи не топтаться, и хватит.

— Уборная? — Корш перешел к следующему пункту.

— Место оставьте, а трон я сам слеплю, когда вернусь. Такое никому не доверю. — Тот кивнул, и в записях у него, по-моему, появился отдельный значок. — Ну и всё такое, — подытожил я.

— «Всё такое» я записать не могу, — сухо уведомил Корш и демонстративно отвел уголек от строки.

Пришлось перечислять дальше, вплоть до крючков под одежду и полки у печи, и остановился я, только когда у него кончилась вторая дощечка.

Времени на сборы ушло всего ничего, Корш всё подготовил еще ночью и мешок мне вручили завязанным, а сверху углем было выведено мое имя, чтобы я, видимо, ни с чьим его не перепутал.

Главное я забирал сам, суп на чужие плечи не перекладывают. Расписались, подошли к бункеру, ну и там я забрал только шашки, хотя все равно не сдержался и погладил недоделанную ракету. Ничего, полетишь еще, младшенькая, это я могу обещать. Вопрос только, с какой нагрузкой и при каких обстоятельствах, но в любом случае это будет ярко.

Под мои шашки Ольд уже давно сделал удобный и достаточно безопасный кейс. Ячейки в нем пролиты воском, а крышка садится так плотно, что поддевать ее приходится ножом. Шашки я по одной переложил туда из песка, и ни одна не болтается, а всё это хозяйство повесил на грудь, там за ним проще присматривать. До толчеи я так и не добрался, и про излом, видно, узнаю по возвращении.

На тропе, что тянется вдоль реки, меня уже ждали, нам по ней вверх, к самым истокам. Кейн нетерпеливо перекатывается с пятки на носок, а Вельт сидит на корточках у воды и разглядывает чьи-то следы на песке. Король прижимает к груди сверток и то и дело оглядывается на деревню, а дед, разумеется, маячит позади с лопатой на плече, и на этом весь наш отряд заканчивается.

— Чего стоим? — поинтересовался я, поправляя ремень кейса. — Идти-то будем?

— Да вот, Больд обещался прийти, — Кейн с досадой цокнул языком. — Но что-то нет и нет... Давай еще подождем, потом я сбегаю спрошу, куда он пропал.

Ждали мы долго, а для нашего непоседы, который успел пустить по воде с десяток плоских камешков, и вовсе целую вечность. Со стороны деревни первой явилась не пропажа, а Тележка, причем сама и с прицепом.

Коршеву графику она, видать, не доверилась и решила держаться поближе ко мне. Пристроилась свинка рядом и первым делом сунулась носом мне в грудь, туда, где висят шашки, и пришлось развернуться к ней боком, суп ей не по зубам, хоть она с этим вряд ли согласится.

Король дважды заглянул под тряпицу, проверяя, на месте ли корона, а Вельт за всё это время не шелохнулся, но в какой-то момент вдруг поднял голову и прислушался.