Чего Мира тогда ещё не знала, так это того, какие способности достались ему по материнской линии. Ему вовсе не требовалась грубая физическая сила. Его телекинез оказался чрезвычайно полезен в боях.

К сожалению, этого было недостаточно, чтобы помочь кому-нибудь сбежать.

Мира позволяла использовать способности только на арене.

За её пределами…

Королева заплатила представителям народа его матери, чтобы все обладатели подобных сил в её королевстве оказались полностью подавлены магически.

Он стал беспомощным.

И по сей день Заудин не мог простить себе того, что тогда его силы подвели его.

Смириться с этим было невозможно.

«Никто больше никогда не посадит меня в клетку».

Скорее он сам себя убьёт.

Но рядом с Гизелой эти мысли постепенно рассеялись.

— Не слишком ли многого я прошу, если в следующий раз, когда меня утащит под воду, ты не станешь бросаться следом, особенно учитывая, что плавать ты не умеешь?

— Возможно. Но ты забываешь, что я могу превратиться в рыбу.

Он цокнул языком.

— Учитывая, что ты была оружием своей матери, я ожидал, что ты окажешься бессердечной ко всем, кто попадает в беду.

— Разве про тебя нельзя сказать то же самое?

Со стороны именно так всё и выглядело.

Он был убийцей.

И всё же спас её — тогда как большинство существ его народа даже не посмотрели бы в её сторону.

— Я убиваю только апбасверов.

— А я убиваю только тех, кого действительно необходимо убить… независимо от приказов Миры.

Ярость вспыхнула в её глазах, когда она посмотрела на него.

И Заудин понял — она говорила искренне.

— Тогда мы с тобой похожи.

— Действительно.

За исключением одной маленькой детали.

В этой миссии она собиралась защищать того, кого он был одержим желанием убить.

«Это путешествие обещает быть весьма интересным».

Глава 7

Гизела наконец поняла, что пытался сказать ей Заудин. Апбасверы оказались совсем не такими, какими она их себе представляла.

На первый взгляд они выглядели искалеченными и пугающими — невыносимо уродливыми. У них были крылья, странные, невероятно вытянутые части тела, а кожа большинства была сплошь покрыта письменами, включая лысые головы и даже веки.

Все они были лысыми.

Даже женщины и дети.

— Они ещё делают татуировки во рту, — сказал Масакагэ, пока они медленно въезжали верхом в город.

Она вздрогнула, представив, насколько это должно быть больно.

— И всё это ради сохранения контрактов?

Он кивнул.

— Они настоящие бюрократы.

Да, именно такими они и были.

Но самым странным оказалось другое. Помимо своей броской внешности, они жили совершенно обычной жизнью. Сидели с друзьями, занимались делами, растили детей, создавали семьи.

Точно так же, как представители любых других рас, которых ей доводилось видеть.

При этом они выделялись даже сильнее, чем она среди троллей и огров. К тому же апбасверы были значительно выше ростом. У них практически не было возможности затеряться среди других народов.

Это стало ещё очевиднее, когда прохожие начали оборачиваться и провожать их взглядами, пока они направлялись к старой, обветшавшей конюшне.

По этим неприязненным взглядам Гизела сразу поняла: они знают, кто такой Заудин, и крайне недовольны его присутствием в городе.

От такой концентрированной ненависти волосы на её руках встали дыбом.

Она никогда не любила быть в центре внимания.

Особенно такого.

Когда они подъехали к конюшне в самом центре города, навстречу им вышел апбасвер.

В отличие от большинства остальных, его тело покрывало гораздо меньше надписей. Морщинистое лицо оставалось бесстрастным, а большая часть лысой головы была совершенно чистой.

— Ты всё ещё жив? — спросил он Заудина.

Тот холодно усмехнулся.

— Не от недостатка стараний.

— Могу себе представить.

Апбасвер перевёл взгляд на Гизелу и Масакагэ.

Несколько секунд он внимательно изучал их.

— Ты решил наконец подписать контракт с кем-нибудь, вместо того чтобы всех подряд уничтожать?

Заудин усмехнулся.

— Вряд ли. Они просто путешествуют со мной.

— С каких это пор ты вообще с кем-то путешествуешь?

Ухмылка Заудина стала откровенно зловещей.

— Поскольку я так и не нашёл способа от них избавиться, сколько бы над ними ни издевался, они почему-то не уходят.

Апбасвер рассмеялся и взял поводья её коня.

— Я Атгар, миледи. А вас как зовут?

— Гизела.

— Очень приятно познакомиться.

Затем он повернулся к Масакагэ.

— Вы кажетесь мне знакомым.

— Масакагэ из Тинмару. У меня много братьев и сестёр. Возможно, вы встречали кого-нибудь из них. Большинство из нас постоянно путешествует.

— Возможно.

Он завёл лошадей в конюшню, привязал их и начал снимать с них сёдла.

— Надолго вы здесь?