Дитрих, рожденный в любви и достатке, многим аристократам казался баловнем судьбы. Конечно! Влиятельные родители, сводный брат, который в Дитрихе души не чаял, двоюродный брат, с которым Дитрих прекрасно ладил с детства, — будущий король. Еще и колоссальный магический дар и воинский талант при нем. И какой! Самые неподкупные и требовательные учителя признали, что им впервые довелось обучать такого гения.

И с характером повезло — даже такие блага ничуть его не испортили. А потому, в отличие от многих других аристократов, когда пришло время обучения, Дитрих безропотно отправился в Академию магии, где бросил все свои силы на получение всестороннего образования: как наследнику Редриверов ему предписывалось обучаться не только магии, военному делу, тактике, но и политике, экономике, придворному этикету и многим другим вещам.

Все разрушилось не сказать, что в один миг, но очень уж внезапно. Вторжение иномирных монстров. Отец Дитриха, как и полагалось, взял на себя командование защитой, а король не смог остаться в стороне — ведь его народу грозила опасность. И это обернулось трагедией. Во время одной из первых битв, когда люди еще не знали, как сражаться с монстрами, король получил серьезную рану, а Эдд Редривер, спасая его, погиб.

— Дитрих тогда как раз сдавал экстерном экзамены в академии, — сказал Брайон. — Хотел присоединиться к отцу, чтобы перенять его опыт.

Но, увы, не успел. А потому весь свой военный опыт Дитриху пришлось приобретать самостоятельно: из-за специфической силы рода Редривер никто другой не мог бы встать во главе воинов, защищающих свою страну и свой мир.

Понятно, о чем говорил Брайон — академию Дитрих окончил фактически впритык. Если бы он не решил сдать экзамены за два курса разом, то ему бы пришлось отправиться на поле боя, так и не получив диплом. Дитрих провел несколько лет на войне, одержал победу и приобрел огромнейшую известность и славу.

— А ничего страшного, что вы рассказываете мне такие вещи? — с некоторым сомнением спросила я.

Ну, мало ли, вдруг военная тайна или еще что? Я бы не хотела знать лишнее, мне нужны всего лишь факты, которые позволят обустроиться с максимальным комфортом, поладить с другими людьми и обзавестись полезными связями.

— Нет, конечно, — улыбнулся Брайон. — Я всего лишь кратко пересказал параграф из учебника истории. Вы сможете найти книгу по истории в любой библиотеке. А еще есть несколько книг с подробнейшей биографией его превосходительства Дитриха! Он поразительный человек!

Чем больше слушала, тем меньше понимала, как меня угораздило сюда попасть. Если здраво оценивать слова Брайона, то на моем месте должна находиться если не королева, то какая-нибудь высокородная дама!

Впрочем, чем меньше думаешь о неразрешимых проблемах, тем меньше голова болит. А ее мне надо бы поберечь, иначе с больной и плохо соображающей головушкой с детишками не справиться.

— Я могу вам принести несколько учебников. И если вдруг вас заинтересует история этой страны, то вы можете присоединиться к детям на уроках. Это нормальная практика, ничего необычного, а пока…

— А пока могу я отдохнуть? — улыбнулась я, из-за чего весь энтузиазм Брайона мигом сменился чувством вины: полноценно отдохнуть-то мне никто не дал.

— Да, конечно, я вас провожу в вашу спальню. Поместье огромное, в нем трудно сразу сориентироваться, не правда ли?

Не правда, конечно же. Я практически запомнила, что и где находится. Но, разумеется, в жизни не скажу Брайону об этом. По крайней мере мне будет за кого прятаться при встрече с мантикорой или, вполне вероятно, не менее опасной живностью.

Сопроводив меня в выделенные покои (ну разве можно такое великолепие называть спальней?), Брайон вежливо удалился, а я подошла к сейфу и, даже не открывая его, поняла, что маленькие негодники уже успели тут побывать. Доказательства налицо.

Знаете старый и добрый способ проверить, входил ли кто-то в комнату, открывал ли что-то? Бумажка. Перед уходом засовываете маленькую бумажку так, чтобы она застряла между дверью и косяком или же между створкой сейфа и стеной. А еще шкафы, полки, окна — куда фантазия позволит, в общем. Если кто-то побывал, то бумажка окажется на полу, если нет, то вы заметите ее падение, когда сами войдете.

Разумеется, я зашла чуть-чуть дальше, ведь детишки-то маги, в чем я сама недавно убедилась. Понятия не имею, чего от них ожидать. Поэтому и бумажек было три: одна побольше на входе и две небольшие, белая и коричневая, — в сейфе. Вот как раз самая неприметная коричневая и оказалась на полу, почти слившись с досками по цвету, в то время как две других старательно засунули обратно. И даже ровно в то же место, где я их поместила. Слишком сообразительные дети — дополнительные страдания родителям и воспитателям.