— Не врать так нагло! — фыркнул мальчишка. — Прошлая мама у нас была всего-то месяц назад, а не два. Стойкая леди, но все равно не продержалась испытательный срок. 

— Я ведь не хотела смущать новую жену дяди и рассказывать всю правду, — пожала плечами девчонка.

Не хотела? Я едва сдержала усмешку. Очень даже хотела! Прям вот от души старалась. И про каких они «мам» мне тут рассказывают? Брайон скрыл несколько фактов или детишки исказили что-то?

— Амелия, Алекс, пожалуйста, не говорите ерунды! — вздохнул Брайон, устало потерев костяшками пальцев переносицу. — Вы пугаете будущую супругу вашего дяди.

— Она не выглядит напуганной, — сказали у меня прямо за спиной. Третий ребенок? — Уверенной, спокойной — очень даже. Почему так?

— Сложная задачка предстоит в этот раз, — цокнул мальчишка сверху, а потом, поймав мой взгляд, неловко отговорился: — Сложно понять, почему вы так спокойны.

Ну-ну, а почему тогда я между строк читала что-то вроде «как же сложно ее будет отсюда выпроводить»? К счастью, в отличие от Амелии, по выражению лица Алекса можно было понять если не все, то почти все. Хоть какое-то облегчение.

— Наверное, вы влюбились в дядю и теперь верите, что сила любви преодолеет все? — справа от меня показалась малышка с длинными каштановыми волосами.

Только же стояла где-то за спиной! Она телепортировалась или что?! Хорошо, что у меня нервы крепкие с тех самых пор, как младшие проверяли меня на прочность разными способами: и из-за угла выпрыгивали, и всякие странные штуки в постель подсовывали. Ведь, по их мнению, нет ничего более забавного, чем старшая сестра, визжащая от ужаса. Увы, не разочаровала я их лишь пару раз, потом привыкла.

— У вас с дядей будет любовь? — взволнованно спросила девчонка с каштановыми волосами.

Эва, кажется? На вид самая дружелюбная, даже притворства не чувствуется. Но выдыхать и думать, что справляюсь, было рановато: я еще не видела Соломона и Франсуа-Доминик. Моя интуиция подсказывала, что сии чудные создания даруют мне немало впечатлений.

— Так, ребята, пожалуйста, вернитесь к вашему уроку, иначе мне придется доложить вашему дяде о том, что тут происходит, — скомандовал Брайон. — Обо всем вы спросите мисс Киру чуть позже, когда я официально представлю вас друг другу.

— А не страшно? Докладывать? — вкрадчиво осведомился Алекс, подлетая к Брайону поближе.

— Почему мне, личному помощнику его превосходительства, должно быть страшно? — обиделся Брайон.

— Карма, все дела, — развел руками Алекс, отлетая в сторону. — Ну, раз кармы не боишься, докладывай. Но не ври. Ты никакой не помощник.

— Ага, дядя назначил тебя временным помощником и отправил на поиски мамочки для нас, мы все знаем, — хихикнула Амелия. — Новая мама, хотите знать, зачем наш дядя Дитрих так сделал, почему не позволил настоящему помощнику заняться этим делом?

— Во-первых, уважаемая мисс Амелия, я назначен помощником хоть и временно, но официально, а во-вторых, где ваша воспитательница, которая должна следить за тем, чтобы вы посещали занятия?

Брайон возражал достаточно спокойно, я бы сказала, что даже вяло. Словно эта ситуация повторялась множество раз и мужчина ленился спорить.

— Сбежала.

— Снова сбежала, — вздохнула Эва. — Наверняка на поиски любви…

— И почему она сбежала? Она в преклонном возрасте, сомнительно, что ее так уж заинтересовала любовь, — тяжело вздохнул Брайон.

— Всех интересует любовь! И в пятьдесят, и в сто, и в три тысячи лет. Просто некоторые запрещают себе об этом думать, потому и кажется, будто у них нет интереса, — возмутилась Эва, глядя на Брайона укоризненно.

— Да не в любви дело, глупая ты девчонка, — прошипел Алекс сверху. — Ей почему-то Франсуа-Доминик не понравилась.

— О, точно! — радостно хлопнула в ладоши Амелия и громко закричала: — Франсуа-Доминик, иди сюда! Познакомься с нашей новой мамочкой.

— Нет, не зовите сейчас! — рядом со мной заорал Брайон, хватаясь за голову.

Было от чего. Слева донесся громкий рык, а пол подо мной задрожал. Из-за угла на всех парах вылетело огромное золотистое чудовище, похожее на льва, и понеслось в мою сторону. Я краем глаза заметила, как скорпионий хвост (по форме, размер-то соответствовал габаритам мантикоры!) встретился с перилами лестницы и те хрустнули, словно их сделали не из дерева, а из пенопласта.

Я не орала от ужаса по одной простой причине: понимала, что последние минуты жизни стоит потратить на добрые воспоминания о семье, а не на страх. Однако мантикора успела затормозить передо мной. Ее морда была так близко к моему лицу, что горячий «фырк» я почувствовала прямо на щеках.

— Франсуа-Доминик, отойди от нашей гостьи, пожалуйста, — очень тихо и очень вежливо сказал Брайон. — Будь хорошей мантикоровской леди и не пугай всех подряд.