Двенадцать часов, стало быть? Боязливый зануда внутри меня схлестнулся с авантюристом. И очень жидко проиграл, потому что такие шансы на дороге не валяются. И даже несмотря на то, что работа грозит разрывом мягких тканей чуть пониже спины, оно того стоит.

— Как я могу к вам обращаться? — спросил я, оторвавшись от созерцания денюжек.

— Жалюзи, — ответил мужчина, а заметив моё недоумение, поспешил добавить: — Фёдор Евгеньевич.

— Жалюзи? — переспросил я. — Какая интересная фамилия.

— О-о-о-о! — расплылся в улыбке человек-штора. — Её история ещё интересней. Один из моих пра-пра пришёл в Россию в составе наполеоновских войск. Представляете? Молодой французский офицер, один из тех, кто занял сожжённую Москву. А в Мытищах он осел после неудачной разведывательной операции.

— Французы были в Мытищах? — удивился я.

— Ну конечно же, молодой человек, конечно! — Жалюзи поправил съехавший набок котелок. — Как сейчас помню, — и тут вдруг запнулся. — То есть, как сейчас помню, дед рассказывал: войска собирались двинуться по направлению к Ярославлю, но дальше села Большие Мытищи не прошли. Кто-то говорит, что столкнулись здесь с казачьим сопротивлением, а кто-то, что испугались каких-то странных слухов.

— Это каких-таких слухов? — не понял я.

— А вот об этом историки умалчивают, — пожал плечами Жалюзи. — Ну так что насчёт банкета, Виталий?

А действительно, что насчёт банкета? Калькуляция следующая: продуктов нет, посадочных мест нет, нужных мощностей нет, времени катастрофически не хватает, и персонал, скорее всего, откажется работать в ночь.

— Ну конечно же, я согласен!

Похер, как говорится, пляшем. Половина аванса, если не больше, уйдёт на закупку, — потому что продукты из ниоткуда не берутся. И пускай заработать МНОГО я на этом банкете не смогу, так хотя бы один камушек с души сброшу.

— Договорились, — Жалюзи протянул мне руку. — В половину двенадцатого мы у вас.

Рукопожатие свершилось.

— Может быть, у вас всё-таки есть какие-то предпочтения по кухне или напиткам? — спросил я, мысленно уже перебирая варианты меню. — Какие-то блюда, которые вы хотели бы видеть на столе? Или, наоборот, не хотели бы? Аллергия, непереносимость, религиозные соображения?

— Давайте так, — сказал Жалюзи. — Готовьте на сорок персон всё, что угодно. А индивидуальные пожелания наших… м-м-м… самых интересных гостей, если можно так выразиться, я пришлю вам сообщением буквально через пару часов, как только сам их выясню. Согласны?

— Без проблем.

Дальше я продиктовал Фёдору Евгеньевичу свой номер телефона. Он его в свою очередь записал, попрощался со мной, а затем резко развернулся на пятках и зашагал вдоль по улице. Я же смотрел ему вслед и вот что подметил: никто, абсолютно никто из прохожих не обращал внимания на этого чудилу в костюме из штор!

— Ничего не понятно, — в очередной раз повторил я, — но очень интересно.

С тем вернулся в «ОЛЕГа» и сразу же собрал персонал на вот уже второе за день собрание.

— Господа, — начал я, оглядывая команду. — Дамы. Кажется, нам всем сказочно повезло. Буду краток: сегодня нам предстоит отдать банкет, и сразу же после него все получат майскую зарплату.

Люди отреагировали по-разному. В большинстве своём положительно, — оно и понятно, — однако слово «сегодня» никто игнорировать не мог. И оно, мягко говоря, напрягало.

— Что за банкет? — спросил Лёха. — Сколько человек?

— Пятьдесят.

— А что заказали?

— Предзаказа нет, — сказал я и прежде, чем повар успел взбеситься, добавил: — Гости сами не знают, чего хотят. Нам дали полную свободу действий, так что насчёт меню будем решать сами.

— Оп-па, — Клыканов довольно потёр руки. — То есть, получается, мы сегодня под шумок остатки подобьём?

— Именно.

Ребята переглянулись, считывая реакцию друг дружки. Даша вот, например, буквально светилась изнутри — прижимала к груди поднос и счастливо улыбалась. Марина в свою очередь захлопала в ладоши:

— Отлично-отлично-отлично! А чаевые фиксированы?

— Нет, — ответил я, а сам подумал, что мсье Жалюзи, который вот так легко оставил мне кучу денег без расписки и чека, вряд ли обидит официантов. — Но мы что-нибудь придумаем.

— А богатые и симпатичные мужчины в полном расцвете сил будут? — уточнила Марина. — Обожаю богатых мужчин! Даже больше, чем симпатичных!

— Не знаю.

— А алкашка? — влез в разговор Серёжа. — Можно будет подрезать остатки?

— Нет.

— А долю ангелов слить?

— Да щаз-з-з-з.

— Но Виталь Александрович!

— Тише! — крикнул я. — Дослушайте. Есть один нюанс. Банкет пройдёт ночью, с двенадцати часов и до утра.

Ребята снова переглянулись. Первоначальная радость немного приутихла, однако вскоре коллективный разум решил, что сбить себе режим во имя зарплаты — не такая уж большая жертва. И вслух, во всяком случае, никто возражать не стал.

— Завтра, конечно же, выходной, — добавил я, чтобы подсластить пилюлю. — Отоспимся и снова на любимую работку. Ну а теперь за работу, господа! Времени ой как мало! Серёжа?

— Я!