Сперва старые добрые кассеты (с «Рембо», «Терминатором» и «Крепким орешком») сменились дисками. Потом диски, в свою очередь, стали называться «старыми добрыми». На их место заступили загадочные стриминговые сервисы. Демонстрировалось по ним теперь все больше не просто кино, а сериалы, среди которых можно было найти и захватывающие, и полезные – к примеру, штатовские «Родина», «Американцы» или «Ваша честь».

Поэтому для Ванечки в одинокой квартирке Ходасевича открывалось непаханое поле: устанавливать и переустанавливать программы, починять (загадочное) «железо» и (не менее загадочный) «софт» и обучать старикана обращаться со всеми этими гаджетами, с которыми молодое поколение, кажется, рождается или, по крайней мере, овладевает ими непосредственно в колыбели.

В последнее время Ванечке работы на ходасевической стезе прибавилось. Снова пришлось (как тридцать или двадцать лет назад) ставить пиратский «Ворд» и «Эксель» и столь же корсарские киносайты, демонстрирующие западные фильмы и сериалы, а также подключать всякие там «ви-пи-эны» и прочие приблуды. Хоть Ванечка пиратов не любил и был болезненно честным человеком, не уважающим любую неправду, – что оставалось делать?

Ванечка и о релокации заговаривал, о перемещении своего физического тела в более теплые края. Конечно, Ходасевич отъезда юного друга не желал: как же он останется наедине со всей этой кибенематикой (как он современные гаджеты называл)? Ивана о дальнейших намерениях он всегда спрашивал, хоть и полушутейно, но рассчитывая на откровенный ответ.

– Да нет, куда я поеду!.. – в последний раз досадливо поморщился тот. – У меня, знаете ли, как сейчас в статусе в соцсетях о семейном положении пишут: все сложно.

Дальше Ходасевич выспрашивать не стал, уважая чужую, как говорят англоязычные, privacy.

А зря, как оказалось впоследствии, очень зря! Информация из первых уст непосредственно от Ивана много бы ему (наверное) времени и сил смогла сэкономить. А то пришлось потом окольными путями эту инфу добывать.

Настоящая же история началась для него с того, что у полковника в его ноутбуке забарахлил паленый (как называл его Ванечка) «Ворд». Не то чтобы отставнику прям эта программа была критично, завтра-сегодня нужна, – но могла понадобиться. Временами он составлял аналитические записки по заданию своего нынешнего куратора из службы. Вот недавно отправил ему анализ, сделанный по открытым источникам и сообщениям СМИ: к каким приемам мошенники в последнее время прибегают при разводе мирных граждан, какие методы психической борьбы используют.

Да и писем своим друзьям во все концы света никто не отменял.

Ванечка притом что-то давно не выходил на связь. Валерий Петрович его не дергал – понимал: дело молодое, работа, быт, семья или девушки. Хотя какое там молодое! По сравнению с Ходасевичем – да, Иван был сильно молод. Но объективно: Ванечка постепенно превратился из парнишки в мужчинку, ему изрядно перевалило за тридцать, шло к сорока.

Кольца тот не носил, значит, официально не женат. Раз «все сложно», Ходасевич его о личном не расспрашивал.

Поэтому на сей раз отставник позвонил Ивану Бартеневу сам.

«Телефон не отвечает или временно недоступен».

Что ж, бывает. Набрал на следующий день. То же самое. На третий день была суббота, и полковник стал названивать с самого (приличного для звонков) утра. Ткнул в быстрый набор в одиннадцать – все то же. В двенадцать, в час – никаких перемен… «Не отвечает… Недоступен…» Неужели все-таки релоцировался молодой человек? Например, в Дубай, куда звали его, как говорил, неоднократно. Или в иное место?

Скрепя сердце Ходасевич позвонил Елене Бартеневой. Она была матерью Ванечки – некогда выступала заказчицей расследования, которое вел экс-полковник. Расстался он и с ней, и с мужем ее Стасом на самой дружеской, благодарственной с их стороны ноте – только с тех пор не виделись ни разу.

Лишь время от времени Бартенева передавала Валерию Петровичу через Ванечку приветы, а пару раз в год, к праздникам – дню рождения, Пасхе или Рождеству – приятные презентики: шоколадку, полотенчико кухонное, всякую такую ерунду.

Ходасевич отдаривался в том же духе: какими-нибудь конфетами с ликером или свечами сувенирными в виде змеи/кролика. Если б не Иван с его верной готовностью всегда помочь с компом/смартфоном/планшетом/умным ТВ, наверное, давно забытыми оказались бы и Елена, и Стас, и даже то дело, которое раскручивал некогда отставник в Листвянке.

Елена Ивановна Бартенева звонок полковника встретила одновременно и радостно – и чуть не расплакалась.

– Ой, Валерий Петрович!.. А мы как раз со Стасиком только что о вас говорили. И сами хотели вам звонить! Нам так нужны опять ваши связи! И голова! И светлый ум!.. Ах, тут ведь такое происходит…

– С Ванечкой? – мгновенно переспросил Ходасевич.

– Да-да… А вы знаете?.. Откуда?.. Ах да, вы ему, наверное, звонили… И он вам не ответил… Да, он сейчас недоступен… Вы знаете, Ванечку арестовали.

– За что? Протестовал?

– Да нет же! Хуже! – Женщина прерывисто вздохнула, чуть не всхлипнула. – За убийство!

– Ванечку – за убийство?