— А давайте, — сказал радостно Юлий, — ему тоже это все не нравилось, было жаль Зою Саввичну и еще Ирму, которая сжималась при каждом слове тети Песи, да и грустного Котика, у которого пропал сын, тоже.

— Василий Васильевич, — Эрик обратился к полковнику, который сидел за столом тише воды, ниже травы, видимо, ему крепко досталось еще в машине от тети Песи, и он не мог прийти в себя, — помните, в июне, когда мы похитили Ирму из сумасшедшего дома…

— Чтоб я провалилась на этом месте, — сказала тетя Песя, подавилась пельменем и с опаской взглянула на девушку.

— Так вот, — продолжил Эрик, одновременно встав и похлопав закашлявшуюся тетушку по спине. Причем всем и даже самой тетушке показалось, что он это делает чересчур сильно.

— Да оставьте мне немного спины, — не выдержав, прокричала тетя Песя, — я уже спасена и хочу пожить немного на этом свете.

— Василий Васильевич тогда, — продолжил Эрик, наконец оставив в покое пожилую женщину, — попросил меня об ответном одолжении. Мне надо было найти его сына. Бывшая жена развелась с нашим полковником, лишила его родительских прав, надо сказать, этот документ товарищ В. В. Бурлаков подписал добровольно. Он посчитал, что новый избранник, с коим его жена пришла на развод и который держал мальчика на руках, лучше справится с обязанностью родителя.

Василий Васильевич от едких слов Эрика надулся, сдвинул брови и казалось, что сейчас взорвется.

— Но мы сейчас не будем обсуждать поведение нашего друга, — перевел разговор Эрик, — на самом деле в житейских делах мы, мужчины, очень глупы. И прекрасный специалист на работе вдруг не замечает каких-то очевидных вещей в повседневной жизни. Почему жена так резко решила разводиться, когда сыну года еще не было. Кто этот человек, что держит твоего ребенка и откуда он появился в ее жизни, когда она весь год не отходила от грудничка и даже в магазин с ним ходила, потому как сидеть с ребенком было некому. Бабушки отсутствовали с обеих сторон. Все те вопросы, которые полковник обязательно бы задал, распутывая какое-нибудь дело, он, увы, не задал себе. Позже Василий Васильевич попробовал найти сына по своим каналам, но не смог. Только узнал, что жена взяла свою девичью фамилию, на нее же записала своего сына и уехала из Москвы.

Полковник вытащил из кармана затрепанный блокнот и стал там что-то чертить, стараясь не смотреть на Эрика. С одной стороны, казалось, что он совершенно спокоен, просто записывает какую-то важную информацию, но близкие ему знали, что в случае с Василием Васильевичем это степень наивысшего напряжения.

— Как тебя переполняет-то, — ухмыльнулась Зоя Саввична, немного придя в себя и закурив сигарету, — могу поспорить на Бегемота, ты нашел сына полковника. Кот, лежавший у ног женщины, дернулся, видимо, поняв, что стоит на кону. — Не дергайся, милый, мы выиграем, — успокоила его хозяйка и погладила его, как всегда, против шерсти.

— Высокая ставка, — сказал Юлий, — страшная вы женщина, не хотел бы я быть вашим котом. Хотя, судя по тому, как Эрик гордо расхаживает вокруг стола, я с вами соглашусь. Он всегда так делает, когда рассказывает, как распутал дело.

— Позёр, — с любовью сказала Зоя Саввична, глядя на довольного Эрика, — ну давай, жги, хотя гостей нам на сегодня достаточно, но не удивлюсь, если после твоего та-дам в гостиную войдет некто.

— Все может быть, — ухмыльнулся тот загадочно, — ну так вот, задача была проста как таблица умножения. Понимая, что полковник ничего не нашел в будущем своего сына, я пошел от обратного, я пошел в прошлое.

На этих словах полковник удивленно посмотрел на Эрика, но по-прежнему продолжал хранить молчание.

— Вот вы мне рассказали, что ваша жена была намного вас моложе и влюбилась в вас лишь потому, что вы ее спасли. Я как-то сначала не обратил на это внимание, а зря, оказалось, что это и есть главное во всей этой истории. Вы не просто спасли ее, оказывается, вы вытащили ее из секты. Вернее, разоблачили сектантов, главных посадили, а всех, кого там удерживали, освободили, ведь так?

Полковник лишь слегка кивнул головой, при этом не произнеся ни слова и с испугом поглядывая на открытую дверь в гостиной.

— Так вот, Василий Васильевич, если бы вы были несколько внимательнее к той ситуации, то узнали бы, что троих устроителей данной секты посадили, а одного выпустили, так как не смогли доказать его причастность. Почему и как я не буду сейчас вдаваться в подробности, это не существенно. Факт остается фактом, его выпустили прямо в здании суда, через два года. И, ну же, шевелите своими серыми клетками, что он сделал в первую очередь? Конечно же, наш служитель, только ему известно какого бога, пошел собирать свою паству обратно, в том числе и вашу жену. Даю подсказку: он отрастил бороду, — сказал Эрик и замолчал, глядя на полковника, больше не улыбаясь. На Василия Васильевича стало страшно смотреть, на нем сейчас в полном смысле слова не было лица. Было понятно, что понимание потихоньку приходило, и он находился от этого в шоке.